Стану твоим безумием

– Когда я освобожусь, могу показать тебе дом, – предложил, переводя взгляд на мягкие чувственные губы.

Очень хотелось заграбастать Николь в свои объятья, но Павел сдерживался.

Терпение… и ещё раз терпение…

– А до этого можешь прогуляться по территории возле дома…

– А можно выходить за пределы? – спросила с надеждой в голосе.

– Нет! – резко ответил, при этом сдержанно добавив: –Покидать это место, ты будешь только в моём сопровождении.

Выразительные глаза подернулись обречённостью.

– К вечеру тебе привезут новые вещи.

– Мне не нужны новые вещи! – её взгляд гневно заискрился.

– Нужны, – произнёс с нажимом. – Я хочу, чтобы твой вид соответствовал твоему статусу.

– Статусу твоей подстилки? – выдала презрительно.

– Статусу моей женщины! – повысил голос, начиная заводиться.

Да что с ней не так, черт подери? Он и так с ней терпелив, как ни с кем!

– Пошли вниз, – не давая девушке опомниться, схватил её за руку и потащил к выходу из спальни.

Глава 14

Дом Яхонтова производил весьма приятное впечатление.

Те комнаты, которые Николь уже удалось увидеть, были обставлены в классическом стиле с использованием природных материалов, таких как дерево и камень.

Все оттенки интерьера сдержанных тонов. Без вызывающих расцветок и необычных аксессуаров.

Благородные тёплые цвета отделки и мебели создавали уютную атмосферу семейного гнезда.

Этот особняк больше подходил для большой дружной семьи, нежели для холостяка, вроде Яхонтова.

Оказавшись в гостиной, Николь сразу же заметила на одном из диванов пожилого мужчину.

Стоило им приблизиться, как старик бодренько соскочил на ноги и устремил обеспокоенный взгляд на девушку. Но выражение тревоги на морщинистом лице быстро сменило удивление, скорее даже шок.

– Милана? – его скрипучий голос дрогнул.

Яхонтов быстро начал что-то говорить по-русски, качая головой.

Постепенно их диалог начал напоминать ссору. Оба хмурились и разговаривали на повышенных тонах, перебивая друг друга.

Закончилось всё тем, что Павел грубо оборвал речь деда, и тот замолчал, продолжая сверлить собеседника осуждающим взглядом.

– Я буду у себя в кабинете, – раздраженно сообщил мужчина, отпуская её руку. – Сейчас время обеда. Поешь.