Дети Мертвого Леса

Но я бы не хотел нарваться на это снова.

Нораг молчит. Стиснув зубы… пыток он не боится.

Хёнрир разглядывает его.

– Сколько тебе лет? – говорит вдруг. – Я бы дал пятьдесят – пятьдесят пять, ну, шестьдесят, самое больше. А если бы видел только, как ты дерешься, то и пятьдесят бы не дал. И сколько лет ты комендант Фесгарда? Почти двадцать? Я интересовался… Когда ты приехал сюда, то уже был не молод, с огромным послужным списком… впрочем, мутным… Сколько тебе было? Пусть сорок. С тобой приехала молодая жена…

Хенрир замолкает.

Лицо Норага каменеет. И, пожалуй, смятение в его глазах, которое он так отчаянно пытается скрыть, выдает с головой.

– Хорошо, – говорит Хёнрир. – Мне бы очень хотелось с ней поговорить. Я уже велел послать к твоему дому, хотя подозреваю, что там никого найдут. Если скажешь, где искать, это спасет жизнь тебе и ей.

– Нет, – говорит Нораг. – Ты ее найдешь.

– Я прикажу выпустить тварей, – говорит Хёнрир.

– Тварей? – удивляется Нораг. – Ты обещал пощадить всех, если город будет сдан. Это была ложь?

– Нет, не ложь. Но я договаривался с тобой, а не с ними, – он кивает в сторону магистрата. – Решение за тобой. И я хочу спросить в последний раз. Ты готов сдаться?

Нораг моргает, хмурится, не веря и не понимая, потом фыркает недоверчиво и начинает смеяться таким страшным, глухим клокочущим смехом, переходящим в кашель.

Хёнрир терпеливо ждет.

– Я не верю… какого хрена тебе надо? – отсмеявшись, Нораг плюет в сторону.

– И все же?

Хёнрир хочет услышать ответ.

– Меня… и так сдали.

– Я предлагаю жизнь.

– Это не жизнь, – Нораг дергает щекой. – Лучше быстрая смерть, чем год за годом превращаться в тварь. Нет.

– Хорошо, – соглашается Хёнрир. – Так и будет.

Глава 1. Хёд

Чайник закипел. Свистит. У этой заразы где-то свисток, как только закипает – орет на весь дом. И ничего с ним не сделаешь.

Сейчас…

Хёд сжимает зубы, пытается приподняться локтях.

Свистит чайник.

Кажется, Шельда специально сделала это – повесила над огнем и ушла. Непонятная, мекая месть… за что? Или не такая уж и мелкая, если подумать. Но если Шельда что-то знает о нем, то Хёд вообще не должен быть очнуться. Должен был умереть. Его не должно быть здесь.

Почти три месяца. По крайней мере, так ему сказали. Но очнулся только вчера.