Любовь со вкусом карамели

Его прохладные губы оставляют на моих безумно нежный поцелуй со вкусом любимого вина.

Святослав

Она поддается. Всего каких-то несколько мгновений я могу прикасаться к ней и это кружит голову лучше любого вина. Губы тоже холодные, как и мои. Хочется согреть обнимая поцелуем каждую.

Маша растерялась, я чувствую и да, немножко пользуюсь, потому что знаю эту женщину, помню даже интонации ее дыхания, когда ей хорошо.

Я приехал поговорить, ведь тогда, чуть больше трех лет назад, все вышло по-идиотски, совсем неправильно.

Всю дорогу подбирал слова, волновался как мальчишка перед первым свиданием, но даже не надеялся на поцелуй.

– Ай! – жмурюсь от резкой боли.

Маша залепила мне пощечину, сложила руки на груди и недовольно сопит, нервно жуя нижнюю губу.

– Ты чего творишь, Чернов?! – сверкает своими красивыми серыми глазками.

– Греюсь, – немного дразня копирую ее позу.

– Знаешь что? – быстро проскальзывает мимо меня, встает у окна.

Подхожу сзади, закрываю форточку, чтобы ее не продуло. Наклоняюсь к аккуратному ушку с маленькой сережкой в мочке и выдыхаю:

– Что, Машенька?

– Иди в задницу, Чернов! Какого черта ты себе позволяешь? – разворачивается, утыкается носом мне в грудь. Щечки краснеют от смущения и возмущения.

– Машка, ты же педагог. Что за выражения? – убираю с ее лица темные пряди волос, намеренно касаюсь подушечками щеки. – Кстати, ты все так же офигенно пахнешь и, – глажу большим пальцем нижнюю губку.

Замахивается, чтобы врезать мне снова. Ловлю за запястье, целую в него. Отхожу, хотя очень не хочется, но ругаться с ней желания нет совсем. Уступаю бывшей жене этот раунд. Я возьму свое позже. Это уже без вариантов.

– Ты домой звонил, Свят? – проходит к плите, ставит на нее прозрачный чайник с оранжевой неоновой подсветкой.

– Домой? – удивленно моргаю не сразу понимая, куда она клонит.

– Да, Свят, домой. У тебя там жена и дочка, а ты ночевать не явишься.

В каждом слове столько обиды. Хочется подойти, обнять, прижать к себе крепко и не отпустить больше никогда.

– Соня спит уже, – глянул на часы. – Она с няней проводит большую часть времени. Я хоть и стараюсь быть с ней чаще, все равно не выходит. Ты же помнишь, – улыбаюсь. – семейный бизнес, разъезды, встречи. С тех пор ничего не изменилось.

– Сочувствую, – бурчит моя женщина, разливая по кружкам чай.

Про жену говорить не стал.