Среда обитания – Космос

Но что поделать, если я знаю все его ходы наперед? Нечестно? Да. Но я ненавидела проигрывать.

А потом с Земли пришло сообщение – умерла Светлана. К счастью, успев указать в завещании Гроссмана в качестве опекуна. Я помогла парню пережить утрату, и даже дед иногда сочувственно хлопал его по плечам.

Я ощущала его боль и страдание, как свои собственные. И понимала, чего именно хочется Максиму в тот или иной момент, стараясь идти навстречу. И деда заставляла прислушиваться к своим словам. Поэтому парень не замкнулся в себе.

Герда рыдала навзрыд, когда меня провожали на Ио. Максим выглядел подавленным, но скрывал как мог подступающие к глазам слезы. Сама героиня дня ничего не чувствовала. Я закрылась от чужих мыслей и образов, иначе их боль могла бы раздавить меня.

Всю дорогу до Ио дед молчал. И молчал его разум. Впрочем, он всегда старался в моем присутствии думать о пустяках. Кому понравится, когда в ваших мыслях ковыряются, пусть даже близкие люди? Но сейчас он умудрился выкинуть из головы вообще все.

– Не считай меня врагом, дорогая, – дед опустился на колени. А я неожиданно для самой себя обняла его.

– Брось, деда. Я все равно тебя люблю.

– Я поступаю так для твоего же блага. Я хочу тебе добра. Знаю, сейчас ты не поймешь.

Мы соприкоснулись нашими шлемами, и дед отправился обратно к челноку. И вот тогда я поймала его волну.

Только так… могу… спасти… здесь… сильнее… справится…

– Все, спасибо за ужин, но мне пора собираться, – Саманта отодвинула тарелки и встала.

Только не вляпайся в очередные неприятности…

– Я все слышу!

Да Бога ради.

Шкаф встретил обиженным молчанием. Но оно и к лучшему. Вздумай он сопротивляться, не миновать ему хорошего пинка по пластиковому корпусу.

Перебирая сваленную в кучу одежду и выискивая подходящий наряд для ночного приключения, девушка снова окунулась в прошлое. В тот миг, когда все изменилось.

Там на Ио, много лет/веков/тысячелетий назад, стоя в приемном холле в ожидании наставницы, девочка размышляла над подслушанными обрывками дедовских мыслей. И над своим новым именем. В «Эриду» она поступила как Фредерика Петерман, внучатая племянница Герды.