(Не) запретная для Альфы

– Леонард не признает меня пока, – вздохнул.

Нисса слезла с меня. Ее бедра все блестели от смазки, а между губок вытекало мое семя. Это казалось слишком естественным и нормальным. Даже прекрасным. Но истинная выглядела слишком серьезной.

– И как мне теперь возвращаться? – она схватилась за голову, а я притянул ее и усадил на колени.

– Стесняешься?

– Просто это неуместно. Наверное…

– Это естественно, милая, – погладил ее мягкое бедро, – мы ведь влюблены друг в друга. К тому же истинная пара.

– Родители Марка погибли. А я… какая же я жалкая, – она попыталась закрыть лицо руками, но я перехватил маленькие ладошки и прижал к губам.

– Ты просто пытаешься справиться со стрессом. Эти люди были тебе дороги и нервы уже на пределе. Такие события, – я вздохнул, – они ломают даже самых стойких. А ты – молодая хрупкая девушка. Но теперь мы вместе и не позволю тебе тащить все в одиночку.

– Лео… – она прикусила губку, а я ощутил, как снова ее хочу, – я днем хотела об этом поговорить.

Меня посетило неприятное предчувствие. Даже если не захочет – увезу силой.

– И была настроена решительно, – продолжила истинная, перебирая пальчиками пуговицу рубашки, – но теперь отчетливо вижу, что готова уехать. Я не хотела, но без тебя просто умру.

– Милая… – радостно шепнул и сильнее прижал ее к себе.

Я защищу их. Теперь Анисса и близнецы – моя семья. Вернее, они ими всегда были, но лишь сейчас осознал, насколько важно нам всем быть вместе. Моей девочке опасно находиться здесь, особенно когда Винтер и Агата за ней охотятся.

Истинная так крепко меня обнимала, что я чуть было не взял ее снова. Но вместо этого нежно спихнул, целуя в висок. Затем поднялся на ноги, размял затекшую спину и поднял ее шортики с трусиками. Потрясающий аромат! Зверь внутри рыкнул, намекая, что можно бы еще… так, цыц, зараза похотливая! Присел перед Аниссой и ее бельем вытер смесь из наших выделений, полностью стерев все следы греха.

– Бросим в стирку, – подмигнул ей, а Нисса густо покраснела, попытавшись забрать трусики.

– Это неприлично, – шептала, подпрыгивая, пока я с улыбкой до ушей не позволял ей добраться до мокрого и ароматного белья.

– Мы с тобой – это нормально, милая. Так что пошли. Твоя рубашка достаточно длинная.

– Ну Лео! – она улыбнулась.

Черт, я разорву любого за ее улыбку! Глядя на свою девочку, испытывал стремительно крепнущие чувства. Она – самое главное в моей жалкой жизни.