За счастьем и обратно

– И как же?

– Это видно. Просто ты красивая.

Нет, это не было смущение с легким румянцем на щеках. Кенди подняла свой вздернутый нос еще выше и взглядом дала понять, что ей этот факт давно известен.

– Ты тоже ничего, – с улыбкой добавила она.

Может быть, она даже не соврала. Объективно я был неплох. “Высокий брюнет с карими глазами и волевыми чертами лица”, когда-то таким было описание в моей анкете на сайте знакомств.

Обрадовавшись, что теперь у нас с Кэнди точно найдутся общие темы, я вышел из кафе и направился ждать в кабину.

– Давно здесь? – спросил я, забирая пакет.

– В закусочной?

– Да нет, в Америке?

– А-а-а, давно. Я с мамой переехала еще в девяностые, мне пять было.

– И что, за столько времени лучше этого места не нашлось?

– Ну ты, я смотрю, тоже не на Уолл-стрит, – язвительно ответила она, но не ушла.

– Залезай, – сказал я и потянулся открыть ей дверь.

– Не против, если я закурю?

– Как тебе угодно.

Девушка достала из кармана пачку с сигаретами и поместила одну из них между своих губ. На фильтре сразу остался отпечаток ее помады.

– Дашь огоньку?

В моем кармане всегда была зажигалка, хоть я и не курил.

– Жаль, конечно, что ты давно уехала. Я думал, поностальгируем вместе, – с досадой в голосе произнес я, наклоняясь к Кенди с маленьким пламенем в руке.

– Так я могу и поностальгировать, если надо, – сказала она, закидывая ноги на бардачок, и выдыхая клубы пара в открытое окно.

– Ну, расскажи что-нибудь, если помнишь, – обратился я к ее ногам.

– Помню, в коммуналке жили с родителями. Соседка была старая вредная баба. Отец все время бухал. Мать сутками работала медсестрой в больнице, а из жратвы на первое, второе и третье была только гречка. Ненавижу ее, хорошо, что здесь такое не едят.

– Ты в пять лет запомнила вкус гречки? – удивился я.

– Нет, но мама часто рассказывала, что она отвратительна.

– Как вы оказались в Америке?

– Мама познакомилась с американцем еще в России, вышла замуж, вот мы и переехали.

– Не думал, что в этой дыре кто-то знает, где находится Россия, и тем более бывал там.

– Первый мамин американский муж был не из этого штата. Сюда мы переехали, когда мне было десять.

Я протянул ей старый стаканчик от кофе, в котором она похоронила остаток сигареты, и кивнул головой в сторону кузова.