Тунисские напевы

Он объяснил!

Ракыб произнёс свою речь в нос, толи стесняясь, толи теряясь в собственных мыслях, как человек не привыкший много говорить.

– Спасибо, конечно, но я своей участью вполне доволен. – отвечал евнух.

Ракыб покачал головой.

– Вот и хорошо. Тогда будь бдителен, а мне пора…

И он вылетел из прихожей, словно искра из костра. А Кирго ещё некоторое время неподвижно стоял, глядя как тень ложится на стену. Затем запер двери и взошёл внутрь.

Во дворе наложницы окружили новую свою соседку и поддакивали, пока Асира что-то объясняла.

Кирго подошёл к строю.

– Здравствуйте, госпожа, – заговорил он, а Гайна слегка вздрогнула от его молодого и мелодичного голоса – Меня зовут Кирго, и я здешний слуга. Позвольте узнать, как вас зовут?

– Гайна, – отвечала она.

– Мне крайне приятно. А теперь разрешите показать ваши покои?

Девушка кивнула. Кирго указал ей рукой направление, куда нужно идти. Они вместе прошли до двери в младшие покои. Зайдя внутрь, девушка обнаружила вполне роскошные палаты.

Гроздья хрусталя, ниспадающие с люстры, дивно искрились. Белые стены, лепнина, мраморный пол заставили девушку внутренне изменить своё мнение о пустынниках и их чувстве прекрасного. Кирго указал на ложе, занавешенное алой шторкой, отделённое перегородкой из дерева.

– Здесь будет ваше место.

– Пусть.

– Вы не хотите снять чадру? Вам не жарко?

– Жарко. Но что обо мне заботиться?

– Я… извините, – запнулся Кирго.

Девушка пристально посмотрела на него. Ничего не было видно у ней под чадрой, кроме самого лица, обведённого в кружок.

 – Это вы меня извините, – начала она, – меня зовут Гайна… хотя на самом деле Гайдэ, но арабам привычно называть так.

– Я буду звать вас Гайдэ, – отозвался юноша.

– Спасибо. И ещё за то, что спас меня от этих гарпий. – указала она в сторону дев.

– Они мои госпожи, к тому же почти все из них добрые.

– Может быть, – произнесла Гайдэ, – только они столпились… и всё глядят пристально, а их главная так важничает.

– В гареме редко что-то происходит, оттого госпожам и скучно.

– Верно… в гареме, – голос её дрогнул. – Что я развела с тобой разговоры? Можешь идти!

Кирго поклонился, словно французский маркиз, и медленно вышел. «Привыкнет» – думал он. А Гайдэ тем временем удивлялась своей ненужной откровенности по поводу гарпий. Но чему тут удивляться, ведь в новом месте мы сразу стремимся найти родственную душу, высказать ей все наши печали и радости, и находим ее, так или иначе.