Лейтенант Деннинг

Это возымело эффект. Бесконечные тренировки вдолбили в головы даже самым умственно отсталым солдатам простую мысль – «всегда повторяй за сержантом». Все как один бросившись к краю окопа, солдаты принялись стрелять по наступающим со стороны вражеского города мятежникам. Снайпер, уцелевший под лучеметным огнем, попытался уложить сержанта, но попал лишь в основание ствола орудия. Лучемет заискрил и, громко чихнув, испустил дух. Выругавшись, сержант перебросил в руки висевшую за спиной штурмовую винтовку, и принялся палить туда же, куда и раньше.

Под огнем бойцы противника наступали медленно, короткими перебежками, постоянно пригибаясь и постреливая на бегу по имперцам. Снайпер с холма подстрелил еще одного бойца – заряд попал в плечо, легко ранив рядового Найта.

– Хоткинс, сосредоточь огонь на стрелке с возвышенности, – сказал лейтенант.

– Есть, сэр, – ответил боец-лучеметчик, чья установка была в строю.

Новый поток зарядов обрушился на холм, заставив снайпера замолчать. Выжил он или нет – неизвестно, но больше стрелок не давал о себе знать.

Лишившись главного повода к трусливому сидению на дне окопа, солдаты смелее выглядывали наружу и точнее вели огонь. Люди в наступающей стрелковой цепи падали замертво, или вопя и хватаясь за поврежденные конечности. Многие, не дожидаясь такого конца, ложились на землю и кое как вели огонь в сторону имперских окопов, стараясь не выглядывать из-за укрытия. Атака захлебывалась. Один из повстанцев, укрывшийся с товарищем в воронке от снаряда, встав почти в полный рост, замахнулся, чтобы бросить взведенную гранату.

Лейтенант, изо всех сил стараясь быть полезным, заметил это. Сделав несколько неуверенных выстрелов по поднявшейся фигуре, лейтенант спрятался, прижатый к земле выпущенными по нему зарядами. Он попал вражескому ополченцу лишь в руку, но от боли тот выронил гранату. Ошметки спрятавшихся в воронке повстанцев подбросило вверх.

– Хороший выстрел, сэр! – похвалил командира дюжий лысый сержант.

– Спасибо, Нойтер, – ответил юноша.

В сторону окопов полетели еще несколько гранат. Не долетела ни одна – слишком уж далеко от имперцев залегли повстанцы. Новая порция гранат следом за первой легла неровной линией вдоль линии траншей. Разрывов не последовало. Только глухие хлопки и шипение. Нейтральную полосу заволокло дымом.

– Завеса, мать их, – прошипел парень с крысоподобным лицом, жесткими непослушными темными волосами, и капральскими лычками.

Все стихло.