Венера плюс икс. Мечтающие кристаллы

Это она написала статью, о которой я тебе говорил.

– И почему же она нас не любит?

– Она говорит, что любой мальчишка хочет, когда вырастет, быть похожим на отца. И если отец хороший добытчик и товарищ по играм, если у него руки растут из нужного места, и он запросто может починить стиралку, сушилку и косилку, то и мальчик растет с чувством, что ему все по плечу, и сам становится хорошим добытчиком и товарищем для своих детей.

– Ну, а мы здесь при чем? – недоумевает Джанетт.

– Она говорит, что в нашем тепличном мирке невозможно вывести генерацию героев, великих разбойников и гениальных художников.

Немного помолчав, Джанетт произносит:

– Скажи своей Маргарет, пусть она засунет свои слова куда подальше. Вот именно, туда! Я же говорила тебе, что мы – совершенно новая порода людей, и дети в нашем мире должны быть свободны от стереотипов. Вечно пьяный Отец и Мать с мороженым в руке! Нет их больше, и не будет никогда! Мы вырастим новую генерацию людей – они будут ценить то, что имеют, и не станут тратить время, чтобы под кого-то там подлаживаться.

– Ты знаешь, – говорит Херб удивленно, – но Смитти говорит мне то же самое.

Он смеется.

– Но он говорит это мне, чтобы нагнуть, а ты – чтобы вознести.

– Все зависит от точки зрения, как я полагаю. От того, как ты на это смотришь.

Некоторое время Херб лежит, думая о женских и мужских дезертах, о Комитете, который вскоре заменит родителей, об Отце, могучем и великом, но почему-то с кухонным полотенцем в руках, и еще о дюжине подобных несообразностей, пока наконец все это не начинает кружиться перед его мысленным взором и покрываться дымкой дремоты, и он говорит:

– Спокойной ночи, любовь моя.

– Спокойной ночи, любовь моя, – шепчет Джанетт.

– Спокойной ночи, счастье мое.

– Спокойной ночи, счастье мое…

И Херб взрывается:

– Какого черта? Перестань повторять за мной! Сколько можно?

Джанетт не испугана, скорее – обеспокоена; она понимает, что с мужем что-то происходит, а потому предпочитает промолчать.

Через минуту Херб произносит:

– Прости, дорогая.

– Не бери в голову, Джордж! – отвечает она.

Херб понимает, что просто обязан рассмеяться.

Чтобы добраться до Первого научного центра на метро (для обозначения этого вида транспорта было специальное слово на ледомском, но оно не имело эквивалента в английском языке), Чарли и Филосу потребовалось всего несколько минут.