Мертвое Небо

Настоящего оружия у них не было – только дубины. Но выглядели ребята решительно.

– Хвала Величайшему,– отозвался купец.– До города, говоришь? Да миль пять осталось.

И знаком отправил парней обратно на телегу.

– Ну-ка, Бурс, подсади меня,– приказал он слуге.

Тот подставил сложенные руки, и купец вскарабкался в седло.

Данил тотчас поравнялся с ним и пристроился слева. Нельзя сказать, что хуридиту это понравилось.

– Хорошо, дождь кончился,– проговорил кормчий, чтобы завязать разговор.

– Да, хорошо, хвала Величайшему,– на лице купца появилось озадаченное выражение.

– А что, святые отцы направляются в Кариомер или дальше? – спросил хуридит.

– Дальше.

– А позволено мне спросить, из какого обиталища едут слуги Наисвятейшего?

– Из Воркарского,– буркнул Данил.

Он чуял: купец ведет себя не так, как следует. Почему?

– Из Воркарского? – Хуридит издал короткий смешок.– Должно быть, святой отец запамятовал: в Воркаре нет обиталища, ибо тамошних своих слуг Наисвятейший держит при дворце.

– Мой брат оговорился,– вмешался Рудж.– Мы выехали из Воркара!

– Да, да, я понимаю,– купец заставил парда двигаться быстрей, а когда три всадника обогнали караван на полсотни шагов, негромко сказал по-хольски: – Ни один воинствующий монах не опустится до того, чтобы отвечать торговцу.

– Честь твоей проницательности,– проговорил Данил.– Да, мы с севера.

– Невелика честь,– хмыкнул хуридит.– Приметы мне зачитывали уже на трех заставах. Наисвятейший желает с вами пообщаться.

– И во сколько оценили наши головы? – поинтересовался Рудж.

– Что? Оценили? – Купец расхохотался.– Я бывал в Империи,– сказал он чуть позже.– И в Благословенном Конге тоже бывал. И кое-что знаю о Мире. Но вы, достойные, ничего не знаете о Хуриде. У нас не назначают наград за поимку преступников. Радость Наисвятейшего – вполне достойная награда для его рабов. Зато у нас есть награда для тех, кто не помогает поискам Братства.

– И какая же?

– Есть много способов отправить человека в Нижний мир,– усмехнулся купец.

– И ты не боишься?

– Боюсь,– кивнул хуридит.– Но того, что ночь – на носу, а до города еще часа два пути, я боюсь побольше, чем кары за общение с вами.

– Так серьезно? – спросил кормчий.

– Мой отец был убит разбойниками в полумиле от городских ворот. Моего деда убили монахи как раз на этой дороге, только тремя милями ближе к Кариомеру. Говорят, убили по ошибке. Вот только при покойнике почему-то не оказалось ни гроша.