Кремлевская жена

В беседке на столе «Спидола» сообщала о том, что «советская делегация во главе с членом Политбюро и председателем КГБ Виктором Чебриковым прибыла в Китай на празднование годовщины китайской революции», а рядом со «Спидолой» и большой чугунной сковородкой с яичницей стояли самогонный аппарат, полбутыли сизо-мутного самогона и прочие вещдоки преступного промысла – лейка и мерная колба с отметками по сто граммов. Мухи кружили под яблоней и пикировали на сковородку с остатками яичницы…

Оглянувшись на меня, старик Гринько, маленький, как сморчок, в выгоревшем офицерском кителе без погон, но с орденскими колодками на груди, прикрыл самогонный аппарат и бутыль с самогоном своей спиной и левой рукой.

– Я вас сколько раз предупреждала? – сухо сказала я старику.

– Нэ пидходь! – озлобился он, чувствуя, что на этот раз я не ограничусь словами.

– Я вас шесть раз предупреждала! Мало того, что вражеские голоса на всю улицу, так еще…

– Я нэ разумiю по-кацапски! Пишла ты у жопу!

– Зараз врозумиишь! – сказала я по-украински, легко оттолкнула старика в сторону и протянула руку к бутыли.

И вдруг услышала сзади жуткий крик:

– Ах ты, курва! Кацапка! Убью!..

Даже не оглядываясь, я рывком откинулась в сторону и – просто чудо спасло меня от страшного удара топором, который вонзился острием в дубовую скамейку беседки буквально в нескольких сантиметрах от моего бедра.

– Падлюка лягавая! Б…ь! – Орала она мокрым ртом и с силой замахнулась на меня снова. Только замах этот получился чуть больше, чем нужно для точного удара – вес топора отнес ее пьяную руку дальше, чем она того хотела.

Это и была моя доля секунды.

Я прыгнула на нее всем телом, думая, что одним ударом выбью, как учили в академии, топор из ее руки. Но не тут-то было! Эта Катюха была раза в два тяжелей меня и в три раза сильней. Хотя мне и удалось сбить ее с ног, но топор она не выпустила, и мы покатились по земле в обнимку, одной рукой я держала Катюхину руку с топором, другой схватила ее за волосы, а она пыталась укусить меня и схватить за горло.