Колье с лукавой змейкой

Соседей было двое: по правую от Нырка руку сидел парень в соломенном сомбреро и яркой футболке с надписью на иностранном языке, по левую – деревенский детина в мокрой на спине рубашке, жена которого, приоткрыв рот, спала рядом в кресле. Карточным столом игрокам служила большая сумка на полу, принадлежащая детине. Ему же принадлежала корзина, из которой Нырок доставал курицу, помидоры и хлеб.

– Раз, два, три, четыре, пять, – вскрыл карты Нырок. – Вы оба проиграли.

Парень в сомбреро, крякнув от досады, вручил Нырку несколько проигранных монет.

– Вот, за прошлое и за сейчас.

– Что это? – заглянул Нырок внутрь.

В коробке лежали новые матерчатые туфли. Придирчиво осмотрев их и смерив размер по подошве, Нырок переобулся.

– Как говорилось в кино про одного ловкого парня, – подвигал он голыми лодыжками: – «Носков под штиблетами не было». Держи взамен, – вручил Нырок деревенскому детине свои шлёпанцы.

– Играем, – сказал парень в сомбреро.

– Давай, – согласился детина.

– Тогда сдавай карты, амиго, – передал Нырок колоду соседу справа.

На платформу автовокзала прибыл очередной междугородный рейс. Двери автобуса открылись, и оттуда послышался голос водителя по громкоговорящей связи:

– Стоянка двадцать минут.

Разминая затёкшие суставы, на платформу потянулись пассажиры. Не успела ещё у вокзального буфета и киоска в «Путь-дорожку» выстроиться очередь, как Нырок принимал очередной выигрыш от облапошенных партнёров.

– Почти новая, – протянул хозяйственную сумку деревенский детина.

– Предположим, – забрал её Нырок, не привередничая. – А что теперь будешь ставить?

Детина принялся шарить по свёрткам.

– Вот, – осторожно извлёк он платье жены.

Нырок покрутил платье в руках.

– А пиджака у тебя нет?

– Только рубашка с себя.

Нырок всмотрелся в рубашку.

– Сильно грязная, – сказал он. – А еда? Может, колбаса где-нибудь завалялась?

– Нет, – покачал детина головой, – всё отдал.

Нырок с сомнением разглядывал платье:

– Наверное, в талии будет жать.

– Не будет, – расплылся в улыбке детина. – У неё пузо – во!

Видя, что Нырок по-прежнему сомневается, деревенский детина достал и принадлежащий жене платок.

– Это туда же.

– Так и быть, ставь платье с платком, – с неохотой согласился Нырок и повернулся к парню в сомбреро: – Сдавай, амиго.