Сук*. Третья древнейшая

На передней панели лежал диск, на котором был изображен красивый молодой человек и крупными буквами было написано: МХ. Впрочем, эти буквы можно было прочитать и как МИКС, и как Макс, и даже как Маха.

За рулем сидела уверенная в себе блондинка с пухлыми чертами лица, одетая ярко, вычурно и богато. На ее шее поблескивала золотая солидная цепочки, в ушах – серьги с бриллиантам в десяток карат. На пальцах были одеты персти из благородных металлов и с благородными камнями в оправе. И камней и драгметаллов было столько, что бы было понятно, что на ухоженном и шикарном, и чуть-чуть пухлом, мягком теле с весьма внушительной грудью именно украшения, а не плата за услуги.

Рядом с ней сидела подруга, намного моложе, темноволосая, тоненькая как веточка, с маленькой плотной грудкой. В общем и целом фигура ее была спортивнее и стройнее. Ноги красавицы уходили далеко под переднюю торпеду и казались бесконечными. Вторая девушка была также хорошо и стильно одетая, разве только золота и бриллиантов было гораздо меньше.

Она сидела выставив локоть в открытое окно и подставляла свое лицо встречному ветру.

– Ну, как тебе, Маша? – спросила блондинка, кивая на диск, – по-моему супер.

– Нормально, – ответила подруга, повернувшись лицом в салон,– музон клевый, сколько у него песен?

Она взяла в руки диск, покрутила его, прочитала, небрежно кинула обратно.

– Всего одна?

– На диске одна, но он придумал крутую вещь, двенадцать концертов – двенадцать новых мест – двенадцать презентаций.

– Нет, конечно, – Настя засмеялась, я хочу, чтобы он пел на моем дне рождения, и только для меня.

Маша пожала плечами.

– Твой день рождения, кого хочешь, того и заказывай.

– Ну не Тимоти же с Басковым приглашать. Они уже давно утиль. Вот, МХ сегодня самый крутой. И такой красавчик, – Настя взяла диск и приложилась к нему своими губами, оставив ярко красный след.

Раздался звонок мобильного телефона в виде гимна России. Блондинка убавила музыку в машине.

– О, маман звонит, сейчас будет снова пилить.

Переключила звук на громкую связь.

– Алло, слушаю.

– Ты опять носишься по Москве? – услышала она голос матери, – дядя Саша звонил. Твою машину зафиксировали уже десять камер, ты что не можешь ехать потише?

Настя чуть подалась вперед.