Государь

Не хотели любить – будут бояться! Мамки будут именем моим детей стращать! За любую провинность – смерть! Вот с этих, – кинжал снова указал на смердов-мортусов, – и начну!

– Убьешь их? – с неодобрением спросил Духарев.

– Убью.

– А если бы не на меня с матерью твоей напали, а на купцов обычных – пощадил бы?

– Может, и пощадил. Спустил бы шкуру со спины – и отпустил. Но теперь – нет. И ты не спорь, батя! Если бы обо мне, о семье моей речь шла – ты бы иначе поступил?

Духарев задумался, прислушался к себе… И покачал головой.

– Но всё же не по-христиански это, – сказал он. – Ты, может, виру с них возьми, а?

Артём засмеялся:

– А виру взять – это по-христиански, да? И откуда у них такие деньги? Сорок гривен серебром – за каждого убитого! Нет, бать, эти заплатят жизнью. А виру я возьму с других.

– Ты князь, – кивнул Духарев. – Тебе решать. И спасибо тебе!

– За что же? – удивился Артём.

– Жизни наши спас.

– Разве ж за это благодарят? – Артём, похоже, удивился. – Это долг мой.

И княжий, и сыновний. И то опоздал. Воев твоих славных, считай, всех побили. Хорошо хоть тебя с матушкой уберег – рог твой вовремя услыхал, слава Богу! Мы же совсем рядом ночевали, стрелищах в пяти.

– Слава, – согласился Духарев и встал, чтобы поглядеть: как там раненые?

– Как дела закончим, – крикнул ему вслед князь-воевода, – так и поедем. Только поедим сначала. Мои вон уже кашеварят.

На ногах осталось всего двое гридней: Развай и Карн. Оба – варяги. Не сказать что невредимые, но раны – пустяковые.

Примерно как у Сергея. Раненых было – тридцать три. В том числе – Мелентий, получивший глубокий порез икры и дырку в левом предплечье. Ромей оказался отличным воином.

Слада заверила, что раны Мелентия чистые и не опасные. Жить будет и, глядишь, дня через четыре и вовсе на ноги встанет. А вот шестеро из остальных тридцати двух вряд ли дотянут до следующего дня.

Вот ведь какая беда. Поехал, понимаешь, сына навестить…

– Ты уж прости меня, Мелентий, что в этакое дело тебя втянул, – повинился Духарев.

 – Не думал я, что неспокойно здесь.

– Всё в руках Божьих, – философски заметил ромей. Подумал немного и добавил: – А подарок твой – пропал.

– Нашел о чем печалиться, – Духарев улыбнулся. – Я тебе другую шубу подарю. Было б кому дарить!

И присел рядом с другим раненым – поддержать и утешить.

* * *

Улич – небольшой городок. Но крепкий и ухоженный. То же можно было сказать о княжьем тереме.