Малиновый звон

Главное, что сегодня человечество может спокойно идти в жопу вместе со своим антропофактором, а мы можем расслабиться без душевных мук и по-крупному. На Дворянской кто есть?

– Там мэр, с какими-то итальянцами. Уже в «гавно».

– А мы его с балкона сбросим.

– Не, там охрана не местная. Грохотов с утра в машине пасьянс раскладывает.

– Тогда в театр к Шацу, этот еврей всегда в форме и его актрисы нынче доступны всему маргинальному миру.

– Хорошо, через полчаса я на Семёновской. Только негра не потеряй.

– Да куда он, нахуй, денется, в таких штанах!

Зуаб в это время, с интересом пялился в окно и что-то бормотал толстыми губами. Я по-императорски приказал таксисту рулить к доброму муниципальному театру на Семёновской.

3. Графская борода

Театр! О, что такое театр?! Это гнездилище лицедейства и искусственных жестов. Актёры выходят на сцену, чтобы показать зрителям иллюзию жизни, пропущенную через кишечные тракты драматургов и режиссёров. И люди ходят в театры в надежде получить некое представление и, в целом, понять свою роль в мироздании.

Главреж Шац вполне логично встретил нас у входа, внимательно определяя наше состояние – как душевное, так и финансовое. Этот крендель всё видит. Но он всегда вежлив, даже если у тебя в кармане двадцать четыре рубля и пятьдесят копеек. В данный момент ему хватило одного взгляда, чтобы понять, что сегодня опять будет разбит портрет Льва Толстого в вестибюле.

– Доброе утро, молодые люди! – любезно пропел он.

– Здравствуй, сын Сиона! – крикнул я. – Собирай, товарищ, труппу. Сегодня будет бенефис.

– Вам дежурную или элите?

– И ту, и другую…

– Воля ваша, господа! – согласился он, просчитав прибыль в своем иудейском мозгу.

И театр ожил. Захлопали где-то двери, зазвучала бодрая музыка, зазвенел фарфор и дешёвое стекло. Зуаб, с раскрытым ртом, смотрел на всё это, как будто только что вагина вытолкнула его на свет божий, а повивальная бабка перегрызла пуповину.

Внезапно, как всегда, появился журналист Якин. Это придало ещё немного хаоса.

– Этого надо отдать, – шепотом заявил он, кивая на Зуаба.

– Что у них там, недостаток негров? – удивился я.

– Есть такое, но….

– Тогда забей, Федя, и не мути воду. Зуаб угощает.