Абсолютное зло

Его круглый порозовевший живот наискось пересекал бледный шрам с точечками снятых швов. Еще один шрам-вмятина украшал мясистое бедро слуги Сатаны.

«От пули?» – подумал Николай.

– Доволен? – спросил Жрец.

Николай кивнул. Впервые допущенный к Таинствам Третьего Круга, он был не просто доволен, он вопил бы от радости, если бы не пылающая огнем глотка.

– Я тоже доволен,– сказал Дефер.– Смотрел твою пленку. Хорошая работа. Зачтено. Но их только двое. С остальными не тяни, понял?

Николай еще раз кивнул.

– Ладно, отдыхай,– сказал Жрец.

Приглушенные двумя дверьми вопли и хохот. Для непосвященного – бессмысленные животные звуки. Для того, кому открыта суть,– эхо величайшего таинства.

Дефер вышел, а через минуту в комнату проскользнул стриженный наголо мальчик лет семи.

– Пей,– сказал он, протягивая Николаю глиняную чашу.– Пей, господин, тебе велено.

Коротышку, у которого Жаров отнял нож, детектив агентства «Броня» опознал. Но огорчил Онищенко, сообщив, что именно этого кадра они не водили, так что ни адресом, ни анкетными данными мерзавчика порадовать он опера не может.

– Потряси других,– посоветовал присутствовавший при «опознании» Свистунов.– Наверняка подскажут адресок приятеля.

– Потряс бы,– вздохнул Онищенко,– да нету их.

Плятковский и еще двое «установленных» сатанистов как сквозь землю провалились. Ни дома, ни в училище. Причем у последних, в отличие от Плятковского, никаких формальных причин прятаться не было. Но факт налицо. Подростки даже не удосужились получить стипендию, что, по словам их одногруппников,– событие из ряда вон.

– Колян,– обратился он к своему бывшему коллеге Свистунову,– в ваше поле зрения один человечек не попадал? Не проверишь по своим базам?

– Ну, старик! Что наши базы в сравнении с вашими?

– И все-таки попробуй, мало ли…

– Ладно, сделаем,– кивнул старый кореш.– Диктуй данные.

– Пиши: Мучников Николай Иванович. Проживает по адресу: Саперный, двадцать три, квартира шесть…

Глава восемнадцатая

– Дура! – презрительно бросила Джейна.

– И что? – Светка перестала плакать, с надеждой поглядела на толстуху.

– Дай колесо – скажу.

Светка вытряхнула из кулька последнюю таблетку – Джейна неотрывно смотрела за ней – и протянула на ладони. Толстуха схватила белое колесико, проглотила, жадно высосала оставшееся пиво.

– Ну, говори! – потребовала Светка.

– Погоди… – Джейна уселась на пол, прикрыла глаза.