Знак ворона

Эзабет – наша величайшая героиня, но слышать ее имя из чужих уст, как ножом по нутру. А раструбить о ее пожертвовании на все княжества – невыносимо. Потому я молчал.

– Капитан, Великий шпиль – не просто мануфактура фоса, – заметил Тьерро, и мне показалось, что в нем на мгновение вспыхнула искра.

Проблеск чего-то большего, по-настоящему ценного для него. Для людей его породы миллион марок – подачка на прокорм птичника, завоевание капитала – всего лишь игра, соревнование с другими торговыми магнатами. Но Великий шпиль для него, похоже, настоящая страсть.

– Великий шпиль – символ людской надежды! Люди пережили много ужасного. А Великий шпиль говорит им: вот дело человеческих рук превыше любых мечтаний наших врагов. Смотрите, как мы достаем до неба!

– Твои слова до странного напоминают учение о Светлой леди, – заметил я. – Ты, случаем, не верующий?

Тьерро не стал отвечать.

– «Вестланд» вложил больше денег в Великий шпиль, чем могли бы наскрести все города за двадцать лет. Великий шпиль поднялся всего за четыре года.

– Фос приносит много денег. Думаю, дело в прибылях.

– Не стану отрицать, прибыли важны. Но не в этом случае. Помнишь, как оно было, когда мы все пошли в армию? Ты, я, братья Эйдерштайн, Пеп, Салия, остальные? Записалась половина нашего класса. И мы же тогда по-настоящему верили. И хотели сделать что-нибудь стоящее.

– Нас всех судьба чуточку обделила умом.

– Служить своей стране – не глупость, – возразил Тьерро. – Я знаю, что и ты считаешь так, иначе бы не торчал тут, не воевал бы много лет напролет. Я всегда мечтал о славе, репутации великого полководца. Даже о маршальском жезле. Да мы все мечтали. Но после Адрогорска…

Тьерро помрачнел, и на мгновение с него слетел весь холеный лоск. Да, нелегко вспоминать худший день своей жизни. Стрелки Тьерро засыпали «малыша» мушкетными пулями, начисто снесли голову, но даже это не остановило колдуна.

– Меня отослали в тыл до того, как начались по-настоящему тяжелые бои. Я не хотел уходить, но не мог больше оставаться на Границе. Магия въелась в мои легкие, я едва мог дышать, яд Морока добивал меня. Меня отослали на море, в Валень, но тамошний якобы свежий воздух нисколько не помог. Зато я разбогател.