Тарзан и сокровища Опара

За обедом он казался расстроенным и, очень рано распрощавшись, ушел к себе. Леди Грейсток скоро последовала за ним.

Верпер, сидя на веранде, мог слышать их голоса; они о чем-то серьезно совещались. Хитрый бельгиец сразу сообразил, что тут происходит что-то необычное. Спокойно поднявшись со стула и стараясь держаться в тени густо разросшегося вокруг дома кустарника, он подкрался к окну, откуда доносились голоса его хозяев.

Уже первые услышанные им слова взволновали его. Говорила леди Грейсток.

– Я всегда опасалась за кредитоспособность этого общества.

Но мне кажется совершенно невероятным, что они обанкротились на такую сумму. Я полагаю, что там были какие-нибудь крупные злоупотребления.

– Это, вероятно, так и есть! – отвечал Тарзан. – Но, какова бы ни была причина краха, факт остается фактом. Я потерял решительно все, и мне ничего не остается делать, как вернуться в Опар за новыми богатствами.

– О, Джон! – воскликнула леди Грейсток, и Верпер почувствовал, как дрожал ее голос.

 – Неужели нет другого выхода? Мне страшно подумать, что ты снова вернешься в этот ужасный город. Я готова прожить всю жизнь в бедности, только бы тебе не пришлось снова подвергаться таким опасностям.

– Ты напрасно беспокоишься! – смеясь отвечал Тарзан. – Я достаточно благоразумен, чтобы быть осторожным, а кроме того вазири пойдут со мною, а уж они-то не дадут меня в обиду.

– Они однажды уже убежали из Опара, оставив тебя на произвол судьбы! – осторожно напомнила леди Джен.

– Они не сделают этого вторично. Им и тогда было очень стыдно за себя, и они уже возвращались обратно в Опар, когда я их встретил.

– Можно найти другой исход! – настаивала жена.

– Я не вижу никакой другой возможности приобрести состояние, как пойти в сокровищницу Опара! Я буду очень осторожен, Джэн. Жители Опара не будут даже знать, что я снова был у них в гостях и лишил их еще одной части сокровища, о существовании которого они даже и не подозревают. Впрочем, если бы они и знали о нем, они все равно не смогли бы оценить его! – заключил лорд Грейсток.

Решительность его тона очевидно убедила леди Грейсток в том, что дальнейшие споры будут бесполезны, и она переменила разговор. Верпер постоял еще некоторое время под окном, но, уверившись в том, что он узнал самое важное, и боясь быть замеченным, вернулся на веранду.

Тут он посидел еще с полчаса, выкуривая одну папиросу за другой, а затем прошел в отведенную ему комнату.