Каждый второй уик-энд

 – Я знаю, ваш отец собирается делать ремонт, но пока здесь что-то вроде помойки.

Она подняла руку, словно заслоняя глаза от мерцающей лампочки.

– Мы бы не оказались в этой дыре, если бы бывшая жена Роберта, та еще сука, не забрала все при разводе – в смысле все. Дом, машины, его спортивные трофеи. – Она принялась загибать пальцы. – Вы не поверите, через что ему пришлось пройти, чтобы добиться разрешения забирать к себе Джо на выходные два раза в месяц. – Шелли покачала головой.

Она нырнула в глубь квартиры, и мне показалось, что Джереми вот-вот упадет в обморок от вида ее пятой точки.

– Джо, ты съела всю пиццу? Джолин? – Вернувшись к двери, она закатила глаза и улыбнулась: – Эта девчонка – сущий кошмар, и я определенно не вхожу в число ее любимчиков.

Я опешил от того количества информации, что вывалил на нас, в сущности, совершенно незнакомый человек.

– Может, не стоит называть ее мать «той еще сукой»?

– Я знаю, но… – Шелли пожала плечами. – Точнее не скажешь, – выразительно подчеркнула она и снова рассмеялась. – Вы знаете, она усыпила их собаку, пока Роберта не было в городе. Я имею в виду, кто так делает? – Она подалась вперед. – Между нами, она еще и алкоголичка.

Джереми, похоже, не столько слушал, сколько наблюдал за тем, как вздымалась и опускалась грудь Шелли, когда она делала глубокий вдох – а вздыхала она постоянно.

Я наклонился к брату, пока Шелли продолжала делиться подробностями.

– Ты ведь понимаешь, что ей, вероятно, интересно, какого размера подгузники ты носишь.

Джереми отреагировал предсказуемо, с силой отшвырнув меня к противоположной стене. Его ноздри раздувались от гнева.

– Меня уже тошнит от твоего дерьма.

– Неужели? – я с улыбкой оторвался от стены. – Я вроде как…

Шелли затихла на время нашей потасовки, но снова затараторила, как только увидела нашего отца, поднимающегося по лестнице.

– А вот и Пол. – В ее голосе прозвучало облегчение, как будто она ожидала, что мы с братом вытянемся по струнке, встречая отца. Когда-то так оно и было.

Папины руки были заняты сумками. Джереми кинулся ему помочь; я даже не пошевелился.

– Спасибо, Джер. – Потом отец пристально посмотрел на меня.