Осмелишься соблазнить?

Эдди почувствовала панику. Неужели она думала, что сможет справиться с этим? А он? В конце концов, он видел лишь маленькую витрину – несколько ветвей, листья и декорации из бумаги!

Себастио стоял в центре комнаты, находясь в полной гармонии с окружающим его пространством. Но сейчас даже этот совершенный мужественный образ не мог отвлечь ее тягостных дум: работы предстояло немало.

– Послушайте, я действительно польщена, что вам настолько понравилась моя работа, что вы решили, что я смогу сделать и это… Но мне не хотелось бы вводить вас в заблуждение.

Потому что он вообще не хотел этим заниматься.

Но он увидел панику в ее глазах и понял, что если не скажет правду, то Эдди уйдет.

– Потому, – сказал он, – что я ненавижу Рождество.

На мгновение паника в ее глазах отступила, уступив место чему-то другому… Любопытству? Сочувствию? Проклиная себя за излишнюю откровенность, которая вела только к новым вопросам, Себастио решил вести себя мягче.

– Хорошо. Я найму профессионалов, которые имеют опыт в этой области, и вы будете ими руководить. То есть вы станете творческим дизайнером с собственной командой.

У Эдди по-прежнему был такой вид, словно она готова повернуться и убежать.

– Я знаю, – продолжал Себастио, – что вам, вероятно, никогда не приходилось управлять таким большим проектом, но разница лишь в том, чтобы ясно представлять, что вы хотите, и уметь это объяснить… Если с вами будет тот молодой человек, с которым вы работали в магазине, это поможет?

– Конечно, это хорошо… когда рядом тот, кого ты знаешь.

Себастио на мгновение опустил голову, а потом, посмотрев ей прямо в глаза, спросил:

– Вы с ним… в отношениях?

Он не мог вспомнить лица худощавого молодого человека и уже почти жалел, что сказал, что он может быть частью этого проекта.

Эдди вспыхнула:

– Нет! Может, он вообще гей. Не то что бы вас это как-то касалось.

Себастио почувствовал облегчение.

– Я думаю, вы сможете сделать эту работу, Эдди. Я бы не попросил вас, если бы сомневался в этом. У меня нет привычки нанимать некомпетентных работников.

Он вспомнил о сплоченной команде игроков, капитаном которой был когда-то, и почувствовал укол сожаления.