Невеста герцога

Элизабет попыталась улыбнуться вдовствующей герцогине, но выражение ее лица скорее походило на гримасу.

– Сара, – обратилась к ней вдовствующая герцогиня.

Элизабет не стала поправлять ее.

– Или Джейн? – уточнила леди Августа, свирепо поблескивая глазами. – Которая из них?

– Элизабет, – подсказала Элизабет.

Глаза леди Августы сузились, словно она не совсем поверила ей, а ноздри раздулись самым непривлекательным образом.

– Вижу, ты опять приехала со своей сестрой.

– Это она приехала со мной, – возразила Элизабет.

– И что это должно означать?

– Просто… я приехала, чтобы вернуть книги, которые моя мать одолжила в вашей библиотеке, – объяснила Элизабет запинаясь.

– Ба! Всем известно, что твоя мать ничего не читает. Это глупый и прозрачный предлог, чтобы подослать ее, – она сделала жест в сторону Амелии, – к нам в дом.

От удивления рот Амелии приоткрылся. Она всегда считала, что вдовствующая герцогиня хочет видеть ее в своем доме.

– Что ж, это вполне приемлемый предлог, – проворчала леди Августа, – но, похоже, он не сработал. Где мой внук?

– Не знаю, ваша светлость, – ответила Амелия совершенно искренне. Уиндем не сообщил ей о своих планах, прежде чем покинуть после того, как чуть не лишил ее рассудка своими поцелуями.

– Глупая девчонка, – пробормотала герцогиня. – У меня нет времени на подобную чепуху. Неужели никто из вас не сознает своего долга? У меня наследники умирают один за другим, а ты, – для пущей убедительности она ткнула Амелию в плечо, – даже не можешь задрать свои юбки и…

– Ваша светлость! – воскликнула шокированная Амелия.

Леди Августа захлопнула рот, и на мгновение Амелии показалось, что она поняла, что зашла слишком далеко. Но герцогиня только злобно прищурилась и двинулась прочь.

– Амелия? – сказала Элизабет, подойдя к ней.

Амелия моргнула несколько раз подряд.

– Я хочу домой.

Элизабет успокаивающе кивнула.

Вместе они направились к парадной двери. Грейс давала указания лакею, поэтому они вышли наружу, чтобы подождать ее у подъездной аллеи. На улице похолодало, но Амелия не возражала бы, если бы небеса разверзлись и вымочили их обеих, лишь бы оказаться подальше от этого дома.