Где властвует любовь

К ее удивлению, Колин вдруг улыбнулся и скрестил руки на груди, прислонившись к дереву, под которым они стояли.

– Я не во всем похож на братьев.

Это было весьма красноречивое заявление. Многие в свете, включая леди Уистлдаун, считали, что братья Бриджертон поразительно похожи. Некоторые заходили еще дальше, утверждая, что их невозможно различить. Пенелопе и в голову не приходило, что это может вызывать досаду у кого-нибудь из них. Собственно, она была уверена, что им льстит это сходство, поскольку они прекрасно ладили друг с другом.

А может, просто не задумывалась об этом.

Что было странно, учитывая, что она провела половину жизни, размышляя о Колине Бриджертоне.

Впрочем, если Колин и обладал темпераментом, он никогда не демонстрировал его при ней. Так что у нее есть все основания гордиться собой. Похоже, ее маленькая колкость насчет того, что его братья женились до тридцати, вывела Колина из равновесия.

Его обычным оружием была ленивая усмешка и тонко рассчитанная шутка.

Пенелопа покачала головой, не в состоянии представить себе Колина в ярости. Он никогда не выходил из себя. Во всяком случае, при ней. Он бы по-настоящему – нет, до глубины души – расстроился, случись с ним такое. Да и чтобы привести человека в ярость, нужен кто-то, к кому он испытывает настоящие, глубокие чувства.

Конечно, Колин неплохо относится к ней – может, даже лучше, чем большинство людей, но вряд ли его чувства можно назвать глубокими.

– Пожалуй, нам следует признать, что у нас разные мнения по этому вопросу, – сказала она наконец.

– По какому?

– Э-э… – она с трудом вспомнила, – ну, насчет того, что можно и чего нельзя делать старой деве.

Его, казалось, позабавила ее заминка.

– Для этого, видимо, потребуется, чтобы я считался с мнением моей младшей сестры, что, как ты понимаешь, крайне тяжело для меня.

– Но ты готов считаться с моим мнением?

Колин вкрадчиво улыбнулся:

– Да, если ты пообещаешь, что никто об этом не узнает.

Разумеется, он не имел в виду ничего подобного. Но такова была его натура. Шутка и улыбка проторят дорожку к любому сердцу. И, как всегда, это сработало. Пенелопа услышала собственный вздох и обнаружила, что улыбается.

– Ладно! А теперь пошли к твоей матушке.

Колин усмехнулся:

– Как по-твоему, там будет печенье?

Пенелопа закатила глаза.

– А как же иначе?

– Отлично, – сказал Колин, сорвавшись с места и увлекая ее за собой.