Хранимая благодать

Свои нападки Рольф так умело маскировал, а она в силу юности и едва ли не детской наивности не понимала их, а потом уже, пожалуй, было поздно вникать. То были неприметные издевки над ней, к тому же безжалостные, и день ото дня они становились все изощреннее, пока она не почувствовала себя так, словно он вынимал из нее душу. Она попыталась защищаться, и тогда он начал ее избивать.

Джоанна заставила себя оторваться от воспоминаний и, наконец, заснула, моля Бога о чуде.

Николас пришел к ней в полдень и, бросив взгляд на ее бледное лицо, покачал головой.

– Неужели у тебя так мало веры в проницательность собственного брата? Я же сказал тебе, что Макбейн – честный человек. Ты не должна его бояться.

Она вложила свою руку в его ладонь брата, и они вышли вместе.

– Я верю тебе, – пробормотала Джоанна, но ее голосу недоставало убежденности.

Николаса это не задело: он понимал ее страхи. Воспоминание о ее лице, покрытом синяками, которое он изредка видел, когда Рольф не успевал ее спрятать перед его визитом, сейчас всколыхнуло в нем прежний гнев.

– Пожалуйста, не хмурься, Николас. Я справлюсь. Все будет хорошо.

Барон улыбнулся, не в силах поверить, что сестра пытается его успокоить.

– Да, у тебя все будет хорошо. Тебе достаточно осмотреться, чтобы кое-что понять в характере твоего будущего мужа. Вот где ты ночевала сегодня?

– Ты же сам прекрасно знаешь где.

– В новехоньком домике, ведь так? – Он не дал ей времени для ответа. – Отсюда я могу видеть еще три таких же: дерево еще не потемнело от непогоды.

– И что из этого следует?

– Эгоист не стал бы думать о чьих-то удобствах, не так ли?

– Да, наверное.

– А ты новую башню уже видела?

– Нет.

– Колум – это первый командир местного гарнизона – рассказал мне, что домики предназначены для стариков клана, потому что больше других нуждаются в тепле и в крыше над головой. Себя Макбейн не считает таковым. Подумай об этом. А еще я обнаружил, что в восточном крыле над лестницей в самой башне имеются две спальни.

Ее улыбка была лучшим ответом на его вопрос. Щеки ее порозовели, и Николас удовлетворенно кивнул.

Они уже почти достигли двора и остановились посмотреть, как толпа мужчин и женщин готовит его к свадебной церемонии. Поскольку часовня выгорела, церемония состоится прямо здесь.