Однажды в феврале

Отсюда и часто менялось настроение: от хорошего и активного до поникшего и депрессивного. Но под всем этим «тяжёлым занавесом» скрывалась тонкая и нежная натура, которую мало кому удавалось разглядеть.

Сбросив одеяло, я швырнула его на кровать. Мне нужен горячий кофе и быстрый перекус. Выйдя из спальни, я направилась на кухню – моё любимое безмятежное место, где могла насладиться утренним кофе, размышляя о постоянно меняющемся горизонте мегаполиса.

Сделав глоток капучино, меня отвлёк телефон. Кто ещё, кроме Брендона, мог позвонить мне в такую рань? Порой его не волновало вовсе, сплю я или нет, когда он в разъездах.

– Привет, дорогая, как ты? – немного уставшим тоном произнёс он.

С тех пор как Брендон улетел в Чикаго по работе, мы не виделись уже более полумесяца.

Вуд мог параллельно вести около двадцати дел.

Своими усилиями и достигаемыми результатами – выигранными им процессами, – Брендон сделал себе «громкое» имя, сформировав свою репутацию, и на данный момент имел самый высокий рейтинг в правовой сфере США, а также твёрдый статус адвоката.

Но два года назад Брендон едва не запятнал свою честь, когда частое упоминание его имени в средствах массовой информации посчитали за саморекламу. И тогда его мать, занимавшая верхушку информационного агентства, вовремя пресекла прессовую шумиху.

В период его частого отсутствия «Face Time» или обычные звонки уже воспринимались как должное.

Когда-то, по его рассказам, Вуд числился в полицейской академии, но не получил даже и шерифа, поскольку он с трудом осваивал навыки обращения с оружием и прочие физические требования.

– Привет, Брендон. Я жду звонка от кузена. Он едет со мной к Джейн, – кинула взгляд на тарелку с салатом из авокадо и свежих овощей и придвинула к себе.

– А я думал, Райан в Англии…

– Прилетел сюда на пару дней, но завтра он уже обратно, – поджала губы и шумно вздохнула, дав понять, что не в духе.

– Ну и к чему огорчения, когда твой кузен-эрудит очень даже неплохо впишется в вашу компанию? Но слишком откровенно туда не одевайся.

– Может, мне в таком случае уже арабскую абайю на себя напялить? – аккуратно проколола вилкой кусочек авокадо и потянула его в рот.

– Дорогая, я в отлёте, как мне не волноваться за тебя? Да, я сожалею, что не смог прилететь в назначенный срок, но и дело бросить тоже не могу, которое, кстати, уже почти завершил. Слишком запутано всё было…

– Это не самое долгое дело, над которым ты работал.