Тайфун

 – Черт побери, я этого не вынесу! Я откажусь от места! Вас от этого не тошнит, мистер Раут?

Старший механик только откашлялся с видом человека, знающего цену хорошему месту.

В первое утро, когда новый флаг взвился над кормой «Нань-Шаня», Джакс печально уставился на него с мостика. Несколько минут он боролся со своими чувствами и, наконец, с горечью заметил:

– Странно ходить под таким флагом, сэр.

– А что не так с флагом? – удивился капитан Макуир. – По-моему, все в порядке.

Он прошел на край мостика, чтобы получше разглядеть флаг.

– А мне он кажется странным! – взволнованно выпалил Джакс и умчался с мостика.

Капитана Макуира поведение помощника весьма озадачило. Через некоторое время он спокойно прошел в штурманскую рубку и открыл Международный свод сигналов на той странице, где выстроились пестрыми рядами флаги всех стран. Проводя пальцем по рядам, он дошел до сиамского и внимательно всмотрелся в красное поле с белым слоном. Ничего не могло быть проще, однако, желая убедиться, он вынес книгу на мостик, чтобы сравнить рисунок с настоящим флагом, развевающимся над кормой.

– С флагом все в порядке.

– Правда? – пробормотал Джакс, падая на колени перед рундуком с палубными принадлежностями и злобно извлекая оттуда запасной лотлинь.

– Да, я проверил по книге. В длину вдвое больше, чем в ширину, и слон в самом центре. Ясное дело, эти береговые должны знать, как делать местный флаг.

– Послушайте, сэр, – возбужденно вскочил Джакс, – я всего лишь хотел сказать…

Он дрожащими руками нащупал конец линя.

– Ничего страшного! – успокоил его капитан Макуир, усаживаясь на свой любимый складной стульчик из парусины. – Просто поглядывайте, чтобы матросы с непривычки не подняли слона вверх ногами…

Джакс швырнул новый лотлинь на бак и гаркнул:

– Держите, боцман! Не забудьте его хорошенько вымочить!

Затем он решительно повернулся к капитану, однако тот, непринужденно облокотившись на поручень, продолжал:

– Потому что, полагаю, это могли бы расценить как сигнал бедствия.

– Неужели? – взревел Джакс так громко, что все головы на палубе повернулись к мостику.

Он вздохнул и, неожиданно сдавшись, покорно сказал:

– Да, зрелище было бы чертовски прискорбное.