В капкане случайной страсти

– Подождите, мистер Хантли.

– Даю вам двадцать секунд, и то только потому, что вечер довольно скучный.

Мужчина элегантным жестом откинул со лба непослушные седые волосы:

– Я Массимо Росси, поверенный Карлы Барлос.

Зачем Карла прислала сюда своего поверенного? Карла очень богата. Все миллиарды ее покойного отца достались ей, как его единственной наследнице. Помимо огромного состояния Карла обладает роскошной фигурой, красивым лицом и ангельским голосом.

Джуд уже давно не общался с Карлой. Что ей могло понадобиться от него сейчас? У него возникло нехорошее предчувствие.

– С Карлой все в порядке? – спросил он, сохраняя внешнее спокойствие.

– Да… в целом.

– Что это значит?

– Бертолли написал новую оперу с главной партией для Карлы.

Музыка Бертолли казалась Джуду похожей на вопли мартовских котов, но в то же время он понимал, что, когда известный на весь мир композитор пишет оперу специально для тебя, это большой успех.

– Это современное моралите. Героиня Карлы борется за возвращение моральных ценностей.

Сочетание имени подлой изменщицы со словами «моральные ценности» позабавило Джуда, но он по-прежнему не понимал, зачем Росси приехал сюда и рассказывает ему все это. Какое дело может быть Джуду до планов Карлы? Они не виделись более полутора лет.

Только Джуд собрался попрощаться с Росси и вернуться в зал, как двери находящегося неподалеку лифта открылась, и из него вышла женщина, которую он не мог забыть все эти два месяца. Подол легкого платья цвета перечной мяты покачивался вокруг ее стройных бедер, узкий поясок подчеркивал тонкую талию.

Джуд вмиг забыл про Массимо Росси.

Она снова здесь! Она вернулась!

Взгляд Джуда скользнул по ее небольшой, зато высокой груди, затем по лицу с широким, будто созданным для поцелуев ртом, выразительными скулами и серебристо-серыми глазами под изогнутыми бровями. Его пульс участился, кровь устремилась в область паха.

Когда в прошлый раз он увидел ее, сидящую посреди полного зала, он нашел ее сексуальной.

Она пока его не заметила. Ее внимание было приковано к темноволосой темноглазой девочке на руках у пожилой женщины, вышедшей из лифта вслед за ней. Женщина держала малышку так, словно она была гранатой, которая вот-вот взорвется. Джуд понимал эту женщину, поскольку тоже не жаловал маленьких детей.