Я иду искать

– Привет, Оббибер, – сказала Руби.

– А кто в этом виноват? – спросила Шар, включая телевизор. – Красное или белое? Красное или белое? – передразнила она. – Как будто это её дом. Как будто она тут хозяйка. Что было после того, как я ушла?

Я рассказала ей об игре Ру, потому что это ведь была Шарлотта, которой я вот уже семь лет рассказывала обо всём – ну, почти обо всём.

– Уверена, – сказала Шар, – что Тейт Бонакко победила во всех раундах. Она жуть как любит побеждать, а мозгов ей Бог послал меньше, чем рыбе.

Вопрос сам по себе ничего не значил, но содержал в себе намёк. Шар должна была выяснить, насколько я заинтересовалась Ру, прежде чем она всё испортила.

– Чёрт возьми, нет! – твёрдо сказала я, первое слово – одними губами. Руби задорно распевала хором с Маппетами, помахивая плюшевым ягнёнком, но слух у неё был отличный, а возраст – самый попугайский. – Я стояла на лестнице, пьяная, и старалась вести себя достаточно сурово, чтобы они ушли.

Она с облегчением рассмеялась.

– Представляю, как это помогло. Если честно, это самая нелепая игра, о которой я слышала. Зачем мне знать, какие гадости делали мои соседи в том году или вообще? И далеко они зашли? Были сенсационные признания?

– Неа. Все слишком напились, – ответила я. Мне не хотелось никакой конкретики, потому что эта дорога неизбежно привела бы к Тейт Бонакко, Филлипу и барбекю «Назад в школу». – Большую часть вечеринки я пропустила, пытаясь уберечь Мэдс от флирта на лужайке.

– О Господи! Этот парень, Лука… он ужасен. Я сказала бы это, даже если бы не видела его жуткую мамашу. Он слишком крутой, – сказала Шар. – Но я бы не стала волноваться. Он найдёт свою компанию, и вряд ли это будет список отличников.

– Я тоже так думала, но сегодня утром он отвёз Мэдс в школу.

Шар широко открыла рот, и, прежде чем она успела спросить, не спятили ли мы с Дэвисом, я объяснила:

– Мэдс обвела меня вокруг пальца. Я думала, её подвезёт мама Шеннон, а не этот тип на безумном красном спорткаре.

– Это не его спорткар. Это спорткар Ру. Во всяком случае, единственная их машина. Суперновая, видимо, модель этого года, – Шарлотта принюхалась. – Ты печёшь?

В подростковом возрасте у Шар тоже были сложные отношения с едой, и я достаточно рассказала ей о своих. Она знала – в моём доме конфет не держат.

– Пирог. Для Ру, – сказала я. Мне не хотелось врать ей о таких мелочах. – Ещё принесу ей план окрестностей.