Кому помешал Уорренби?

Сквайр уставился на него из-под мохнатых бровей и с кряхтением сказал:

– Бегать ради них не следовало бы, однако я вам признателен. Где они?

– Я отдал конверт миссис Эйнстейбл.

– Обидно. Линдейл мог бы забрать их домой и изучить. Если нам по пути, я поеду с вами, Линдейл.

– Не получится, сэр. Мы пришли пешком. Я уйду по тропинке.

– Ладно, я тоже. Хочу взглянуть на новые посадки. Мои земли простираются до тропинки позади этой усадьбы.

– Никто не уходит, сначала напитки! – напомнила гостеприимная миссис Хасуэлл.

– С меня довольно, благодарю, – отозвался Драйбек. – Не хочу торопить водителя, просто обещал экономке не задерживаться. В субботу вечером она ходит в Беллингэме в кино, поэтому я завел правило ужинать рано, чтобы отпускать ее.

– Мне тоже пора пошевеливаться, – проговорил майор, посмотрев на часы.

– Не надо мне было возвращаться, – вздохнул Гэвин, поставив пустой стакан. – Сдается мне, я непопулярен. Теперь понятно, что я должен был преподнести эти бумаги сквайру, преклонив колено, вместо того чтобы сунуть их его жене.

– Если хотите, я и вас подвезу, только придется потесниться. Ничего, я разберусь, – сказал Чарлз, не обращая внимания на его болтовню.

– Нет, побреду домой в одиночестве, жалкий и никому не нужный. Прощайте, миссис Хасуэлл, я так вам благодарен! Я получил огромное удовольствие.

Он дошел с остальными до машины и проводил ее взглядом.

– Куда это годится? Может, его тоже надо было захватить? – спросила Абби, сидевшая в спортивном автомобиле рядом с Чарлзом.

– Какое там! – отмахнулся Чарлз. – Гэвин способен преодолеть так не одну милю. Вот игра – не для него.

– Наверное, тяжело переживает свой дефект?

– Ну, не знаю… Он всегда был таким. По-моему, пользуется этим. Например, моя мать жалеет его и думает, что ему положено снисхождение. Отсюда и грубость Гэвина.

– На мой взгляд, уйти и бросить Мэвис – это перебор, – заметила Абби.

– Типичный Пленмеллер! Игра на публику.

– Я не был знаком со всеми, – ответил Драйбек. – Все-таки их семейство живет в нашем графстве уже целых пять столетий!

– Наверное, в этом все дело, – усмехнулся Чарлз. – Упадок рода!

– Смерть Уолтера Пленмеллера – такая трагедия! – воскликнул майор.