Сверхъестественное: И прошел год. Поцелуй койота. Ночной кошмар

 – Ага.

Когда он развернулся, в его руках был обрез.

Прюденс вскинула голову:

– Ну и ладно, – она снова опустилась на подушки. – Второй раз за сегодня, подумаешь. И когда уже вы, ребята, сообразите, что меня нельзя убить… Не так, во всяком случае.

– Что ты такое? – Сэм подошел ближе. – Перевертыш? Вервольф? Что?

Не обращая внимания на ружье, Прюденс слезла с постели и потянулась к футболке:

– Я ведьма, осел. Старая к тому же. Но мне все еще иногда нужно проветриться и погулять: лето было тяжелым.

Когда она натягивала джинсы, в спину ей полетел моток веревки.

– Сядь и свяжи ноги.

– Ты и вправду думаешь, что так меня можно удержать? – спросила она через плечо.

– А ты взгляни поближе.

Прюденс взяла веревку и заметила вплетенные между волокнами травы и втертую в нити пахучую пасту.

– Считай, это мое личное Лассо Правды[90 - Лассо Правды – волшебное оружие героини комиксов Чудо-Женщины; опутанный им человек теряет возможность врать.].

Прюденс машинально села на стул и привязала свои ноги к его ножкам:

– Что ты будешь со мной делать, Сэм? Знаешь, я бы позволила тебе связать меня, если б…

– Кончай трепаться.

Отставив в сторону обрез, он как мог крепко затянул веревку на ее тонких запястьях. Потом направился в ванную. В трубах зашумело, и послышался звук льющейся в ванну воды. Вернувшись в комнату, Сэм схватил еще один стул, сел на него верхом, скрестив на спинке руки, опустил на них подбородок и впился в Прюденс взглядом:

– Ну, начнем игру «Что, черт возьми, творят ведьмы», ага? Первый вопрос: зачем вы воскрешаете трупы? Где они?

Прюденс улыбнулась, сверкнув маленькими жемчужными зубками:

– Игра? Люблю игры.

– Неправильный ответ, – сказал Сэм.

Он взял оба стула за спинки и отволок их в ванную комнату. Свой стул он поставил рядом с ванной, а стул Прюденс наклонил так, что ее голова наполовину погрузилась в воду.

– Тогда сделаем вот так, – проговорил он. – Еще раз. Я ненавижу повторяться. Ты будешь отвечать на вопросы, а если нет – нахлебаешься водички, – в подтверждение своих слов Сэм наклонил стул Прюденс за ножки так, что ее голова ушла под воду, потом он поставил стул на место. – Видишь? Весело ведь.

– Мне наплевать, Сэм. Я училась плавать в тридцатых. Тысяча восемьсот тридцатых.