Виноваты звезды

– Хейзел Грейс, – поприветствовал он, едва сняв трубку.

– Ну, так ты прочел?

– Еще не до конца. Здесь шестьсот пятьдесят одна страница, а у меня было всего двадцать четыре часа.

– И где ты сейчас?

– На четыреста пятьдесят третьей.

– И?

– Придержу свои суждения, пока не дочитаю. Однако, должен признаться, мне уже неловко, что я дал тебе «Цену рассвета».

– Не стоит, я уже читаю «Реквием по Мейхему».

– А-а, блестящее пополнение серии. Слушай, а торговец тюльпанами – мошенник? От него исходит неприятная вибрация.

– Не скажу, – ответила я.

– Если он не идеальный джентльмен, я ему глаза выдавлю.

– Значит, тебе понравилось?

– Повторяю, пока я придержу свое мнение. Когда я тебя увижу?

– Ну уж никак не раньше, чем дочитаешь «Цар ский недуг», – произнесла я, наслаждаясь непривычным лукавством.

– Тогда я кладу трубку и начинаю читать.

– Давай-давай, – сказала я, и после щелчка линия стала мертвенно-тихой.

Флирт был мне в новинку, но понравился.

Наутро в колледже была лекция по американской поэзии двадцать первого века.

Когда я вышла из колледжа, мама сидела в машине с работающим мотором напротив выхода.

– Ты что, ждала здесь все время? – спросила я, когда она поспешила помочь втащить тележку с баллоном в машину.

– Нет, я забрала вещи из химчистки и съездила на почту.

– А потом?

– У меня с собой книжка, – ответила она.

– А мне с собой нужна моя жизнь, – улыбнулась я. Мать попыталась улыбнуться в ответ, но улыбка получилась слабой.

Секунду спустя я поинтересовалась:

– В кино хочешь?

– Конечно. Что будем смотреть?

– Давай просто поедем туда, где можно сесть и дождаться следующего фильма.

Мать закрыла за мной дверцу, обошла машину и села за руль. Мы поехали к кинотеатру в «Каслтоне» и посмотрели фильм в формате 3D о говорящих песчанках. Забавный, кстати.

Выйдя из кино, я включила мобильный и получила сразу четыре сообщения от Огастуса:

«Скажи, что в твоей книге не хватает двадцати или более страниц».

«Хейзел Грейс, скажи, что это еще не конец романа».

«Боже мой, да поженились они или нет?! Боже, Боже, да что же это!»

«Я так понял, Анна умерла, и на этом все оборвалось? Жестоко. Позвони мне, когда сможешь. Надеюсь, все в порядке».

Добравшись домой, я вышла на задний дворик, присела на ржавый плетеный уличный стул и позвонила Огастусу.