Оно приближается…

Низкий голос запел на языке гномов, повествуя о несчастной любви землекопа к древесной фее. Владыка Мурляндии, изрядно пошатываясь, подошел к Сейре и подал руку, приглашая на танец. Колдунья встала с кресла, присела в легком реверансе и позволила себя обнять. Зигмунд начал икать, Буся – рычать, а музифон исторгал трагические стенания под аккомпанемент волынок. Шума было произведено ровно столько, чтобы заглушить движение подъемника.

– Зигмунд! Что ты делаешь? – Элизабет явилась в своем обычном расположении духа.

– Ма-ма, – с трудом произнес король, выскользнул из объятий Сейры и грузно бухнулся на пол.

– Великолепно. – Королева-мать легким шлепком направила привезенного за компанию Кричера на помощь сыну и грозно сложила руки на груди. – Три часа дня, а мы уже танцуем. У нас кто-то новенький? – Она изогнула бровь, взглядом выжигая узоры на поверхности колдуньи.

– Сейра, Повелительница Драхмы, – представилась девушка.

– Повелительница? – сплюнула Элизабет.

– Если вы не измените тон, меня может покинуть доброе расположение. – Колдунья взяла посох и нахмурилась.

– Ого! – искренне удивилась королева-мать. – Да ты еще и грубиянка. – Она решительным шагом направилась к невоспитанной гостье, засучивая рукава.

Однако, к великому изумлению Элизабет, Повелительница Драхмы не только не испугалась, но, злорадно улыбаясь, вдруг сказала совершенно мужским голосом:

– По-моему, мы достаточно погостили в Кронвейре.

В тот же миг кабинет замер. Замер Кричер, склоняясь над своим Хозяином, замерла королева-мать, воздев одну туфлю в воздух, замер Буся, согласно кивая головой. Сейра задрожала, подняла руки к потолку, шевеля губами, и сквозь ее меркнущий образ явился старик. В красном балахоне, с длиннющей бородой и очень довольной физиономией.

– Селек Кат Клик!

Песик вздрогнул, напоследок выпучил глаза и, быстро увеличиваясь в размерах, превратился в Эйбуса.

– Бежим? – Тролль удивительно резво оглянулся по сторонам и по привычке высунул язык.

– Нет, мой друг. – Абракадабр схватил со стола Книгу Переходов и Пересадок. – Летим!

Он подошел к балконной двери, распахнул ее и остервенело замахал палочкой в воздухе.