Иоганн Кабал, детектив

Пока мозг делал выводы о том, что, увы, этот маленький человечек и его раздражающая супруга те, за кого себя выдают, Кабал отвлекся и добавил:

– Я про все премудрства со струбцинами, шеллаком, голубиными соединениями, токарными станками и прочим. Всегда здорово делать что-то своими руками.

– Верно, – согласился Роборовски, но как-то печально.

– Всему свое время, естественно. – Тусклая фрау Роборовски, судя по всему, выступала против всего, что не приносило прибыли. – Тебе нужно думать о своей компании. – И, видимо, решив, что ее супруг не способен продвигать себя сам, она пояснила Кабалу и мисс Бэрроу: – Мы надеемся расширить бизнес и начать вести дела в Катамении.

Дизайн Линуса там пользуется большим спросом, но возить изделия через Сенцу, где эти варвары настаивают на том, чтобы разобрать все по кусочкам – как будто в комоде можно провезти пушку, – крайне затратно. Поэтому мы намерены открыть мастерскую в Катамении и окончательно забыть об идиотизме, что творится в Сенце.

– Но зачем… зачем кому-то может понадобиться прятать пушку в комоде? – спросила мисс Бэрроу.

– Военная помощь. Катаменцы, конечно, тоже варвары, но они исторически наши союзники. Сенцианцы боятся, что им придется вести войну на два фронта и аппелируют к дурацкому соглашению, по которому Катамения не имеет права перевооружаться.

– Перевооружаться? А как они утратили вооружение?

Чете Роборовски вдруг стало неуютно.

– Уверена, герр Майсснер может…

– Нет-нет, – заверил Кабал фрау Роборовски. – Вы прекрасно справляетесь.

Загнанная в угол, Роборовски призналась:

– Была война. Скорее даже, спор о границах…

Слушая ее, Кабал подумал о том, какое количество пустячных приграничных споров стали casus belli[9 - Casus belii – причина войны (пер. с лат.)] и повлекли за собой вторжения.

– …который сенцианцы раздули. А в следующий момент катаменцы должны были демобилизовать военных и уничтожить оружейные запасы. Разрешили оставить лишь необходимый минимум для полиции. Подлое посягательство на национальный суверенитет! Они расчетливо пошли против древних военных традиций!

«Или же мудрый победитель вырвал клыки у бешеного пса», – довольно точно, пусть и безжалостно, оценил Кабал.

– Эти сенцианцы так много о себе мнят – ведут себя, словно им принадлежит весь регион! Они даже проверяют данные всех, кто проезжает по их территории, не являясь при этом сенцианцем по рождению, мол, чтобы гарантировать, что нет никакой угрозы национальной безопасности.