Второй взгляд

Эйми, студентка-третьекурсница, проходившая практику в отделении реанимации, делала все, чтобы облегчить его страдания. Обрабатывала раны, смазывала их сильвадином. Когда Мартин спросил, умрет ли он, Эйми, посмотрев ему в глаза, ответила «да».

Это был первый пациент, умерший у нее на руках. Она знала, что не забудет его до конца своих дней.

– Я смотрела, как он умирает, и ничем не могла помочь, – всхлипывала Эйми. – Может, потом я привыкну к смерти. А может, и нет. Знаешь, Росс, иногда я думаю, что мне не стоит заниматься медициной.

 – Внезапно она подняла голову и пристально взглянула на него. – Когда я буду умирать, прошу тебя, будь рядом. Так же, как я была сегодня рядом с Мартином.

– Ты не умрешь…

– Росс, мы все когда-нибудь умрем. Обещай, что будешь рядом!

– Нет! – отрезал он. – Я не могу этого обещать, потому что умру первым.

Эйми замолчала, потом неуверенно рассмеялась:

– Ты что, уже купил билет на тот свет?

– Гуэй, или голодные призраки, – это души китайцев, которые умерли насильственной смертью, – долетел до них голос лектора.

 – Исполненные обиды, они часто возвращаются на землю и строят живым всякие пакости.

– Что за чертовщину он несет, Росс? – удивленно спросила Эйми.

– Именно что чертовщину, – пожал тот плечами.

Росс сопровождал Эйми на похороны Мартина Биренбаума. После этого они никогда не вспоминали о нем. За время ее практики умерло еще несколько пациентов. Но Эйми больше об этом не заговаривала.

В конце концов, подобно большинству врачей, она примирилась с тем, что смерть – это естественное завершение жизни.

Росс швырнул в озеро плоский камешек, который, подскочив пару раз, пошел ко дну, прежде чем второй брошенный им камень коснулся поверхности воды. Эйми кремировали… Прах ее – там, на другом берегу озера, у ее родителей. Как они с ним поступили, Росс не знал: через три года после смерти Эйми он перестал отвечать на их звонки и письма – это причиняло ему слишком сильную боль.

Росс надел ботинки и вернулся к машине. Сев за руль, он вспомнил еще одну историю, рассказанную лектором в книжном магазине. Мексиканцы верят, что в году есть особенный день, когда поднимается завеса, отделяющая этот мир от потустороннего, и души умерших посещают тех, кого оставили здесь.

Когда я буду умирать, прошу тебя, будь рядом.

Его не было рядом. Тем не менее он до сих пор не может расстаться с ней.