Тайны ночи

Наверное, вчера я приехал сюда верхом или в карете. Мне надо вспомнить все до конца, это жизненно важно. Похоже, у меня есть серьезный враг.

Несмотря на его беспечный тон, Розамунда встревожилась:

– Вот как?

Лицо его на миг окаменело, но он тут же пожал плечами:

– И, насколько я знаю, он где-то недалеко. Вы не хотите помочь мне освежить память?

– Будьте же наконец серьезны!

– Я серьезен. Впрочем, «серьезный» – не совсем подходящее слово. – Он потрогал свой мужской половой орган. – Скорее, твердый.

Услышав столь откровенный призыв, она покраснела. Но внутри у нее уже занялся огонек страсти.

– Я не могу. – Она выпалила первое, что пришло в голову: – Это слишком рискованно.

– Вы не хотите долго оставаться в моей спальне, потому что боитесь за свою репутацию? Значит, увидимся позже? – Он произнес это жалобным тоном, как дитя, которое выпрашивает у взрослого конфетку, но в его горящих глазах не было ничего от ребенка.

Этот мужчина опасен! Надо принести ему одежду, дать денег и отправить в Терек.

Розамунда судорожно сглотнула.

– Раз вы полагаете, что вам лучше остаться…

– Конечно, мне надо полностью восстановить память, прежде чем уходить отсюда, – ответил он серьезно, но руки от причинного места не отнял.

«Его опасения не лишены оснований», – подумала девушка и тут же усмехнулась, правда, несколько раздраженно. Какой беспечный грешник!

– Не раньше ночи, – отозвалась она.

– Как только стемнеет, – возразил он, прикрывшись простыней.

Розамунда подбоченилась:

– Ах, вот как? Значит, теперь вы ставите условия?

– А что мне еще остается? Иначе вы придете слишком поздно, и у нас будет мало времени.

– Это нехорошо, – пролепетала она, напуганная его неколебимой уверенностью. Грех не может свершаться с такой легкостью! Грех – это нечто жесткое, холодное, с острыми краями.

– Впрочем, последнее слово за вами, – хмыкнул он. – Если хотите, я уйду прямо сейчас. Да вы не волнуйтесь: если у меня и в самом деле есть враг, который сбросил меня в придорожную канаву, то вряд ли сейчас он таится где-то поблизости, чтобы при случае завершить то, чего, вопреки его чаяниям, не завершили дождь и холод.

Итак, у нее есть выбор: отпустить его на все четыре стороны или согрешить еще раз. Розамунда с изумлением вспомнила, что сначала требовала переспать с ней в качестве уплаты долга. Это была всего лишь сделка, совершенная в ночной темноте.