Моя строптивая леди

Син внимательно оглядел молодую женщину. Верити вполне могла сойти за не слишком опрятную горничную или кормилицу. На ней была полотняная сорочка с длинным рукавом, юбка в полоску и шнурованный лиф практичного, но отталкивающего цвета жидкой грязи. К этому она добавила передник и косынку, стянутую на груди узлом, а волосы спрятала под чепец – все это поразительно сочеталось с шалью и капором. Сина озарила неприятная догадка.

– Представляю, что подумают люди, – заметил он небрежно. – Что я одеваю свою прислугу в поношенную одежду из ближайшего сиротского приюта.

Выразительное лицо Верити подсказало, что он не так уж далек от истины. Оставалось выяснить, от какой.

– Какая разница! – резко вмешалась Чарлз. – Скажите лучше, узнают сестру или нет?

То, что еще осталось от некогда белокурых роскошных волос Верити, было, судя по всему, вымазано сажей на жиру и как раз создавало эффект неопрятности. Син не мог не признать, что маскарад удался на славу.

– Вполне сойдет – если не с хорошими знакомыми, то с теми, кто просто видел объявление о розыске.

– Пожалуй, – сказала Верити. – Наша возьмет, ведь правда, милорд?

– Вне всякого сомнения.

Молодая женщина протянула Сину обе руки, а когда он принял их в свои, крепко поцеловала его в накрашенные губы.

– Как я рада, что мы вас повстречали!

– Похитили, – сердито поправила Чарлз.

Син повернулся к ней и поцеловал, как только что Верити – его. Девушка отшатнулась и судорожно отерла рот.

– Тысяча извинений, мой юный друг! – сказал Син дрожащим голосом (он изо всех сил боролся со смехом). – Боюсь, я слишком хорошо вошел в свою новую роль.

– Еще одна подобная выходка – и я выпущу вам кишки! – отчеканила дама его сердца, схватила что-то из приготовленных в дорогу вещей и пулей вылетела из дому.

* * *

К полудню Син был уверен, что приключений ему не дождаться и все кончится смертельной скукой. Где опасности, думал он, зевая, где риск? Где, черт возьми, дракон, которого ему предстоит сразить в ожесточенной схватке?

Пока он лишь трясся по дорожным выбоинам, чувствовал холодок ноябрьского дня и дискомфорт женского наряда: ноги путались в юбке, грудь чесалась от соприкосновения с шерстью, капор натирал, шаль душила.