Доверься мне вновь

Она могла наблюдать за круизными лайнерами и баржами, проплывающими мимо статуи Свободы, пока несколько ее коллег обдумывали названия губной помады и играли в настольный теннис.

Ее телефон зажужжал с уведомлением как раз в тот момент, когда она поудобнее устроилась в шезлонге.

«Ты приедешь в эти выходные?»

Это было сообщение от ее матери. Рак яичников у Эмбер Уэсткотт был обнаружен именно тогда, когда медицинская страховка не была оплачена. Блэр пришлось бросить учебу и продать дом матери, чтобы оплатить лечение.

Теперь Эмбер жила в часе езды от дочери в съемном доме. Плюсом нового места жительства были низкая стоимость ежедневных нужд и клиника с хорошими отзывами. Минусом было то, что Блэр могла ездить к матери только по выходным: сначала на поезде вдоль Гудзона, потом на такси к подножию гор Катскилл.

Приедет ли она?

«Да, мама, я обязательно приеду! – Блэр набрала целую строчку смайликов, чтобы сообщение звучало веселее. – Я скучаю по тебе. Как ты себя чувствуешь?»

Ответ от матери пришел почти мгновенно:

«Вообще-то, я чувствую себя уставшей.

Может, тебе стоит остаться дома? Я все равно собиралась в выходные выспаться».

Узел в ее животе затянулся.

«Тем более я приеду и позабочусь о тебе».

Ее пальцы дрожали, когда она печатала это сообщение. Блэр выматывало, что она не могла быть с мамой постоянно. Ее отец женился во второй раз сразу после развода с Эмбер десять лет назад, так что его не было рядом. А Блэр была единственным ребенком в семье. Это означало, что мама действительно нуждалась в ней сейчас, хотя одна из ее подруг жила неподалеку и водила ее на химиотерапию, а после сидела с ней.

Это совсем не то же самое, что жить семьей. Эмбер подумала и допечатала сообщение:

«Я приготовлю куриный суп, который ты любишь».

Следующее сообщение пришло с запозданием. Она крепче сжала телефон, как будто это могло ускорить ответ.

«Напиши мне в пятницу, и я дам тебе знать, как себя чувствую. Теперь я посплю».

Блэр послала несколько смайликов с поцелуями.

Плотнее закутавшись в легкое флисовое одеяло, Блэр закрыла глаза от боли, которая пришла вместе с переживаниями о здоровье мамы. Еще полчаса назад она хотела отвлечься от беспокойства о своем загадочном молчаливом боссе. И все же думать о том, как Лукас устремил на нее свой пылающий взгляд, было лучше, чем о мучительном страхе, который она испытывала за свою маму и за траты на лечение, которое стало единственным шансом на ее спасение.