Будь моей

Что же касается вопроса Константина, то Анна напомнила ему о человеке, все эти годы владевшем сердцем его дочери:

– А ты не думаешь, что она до сих пор еще ждет этого английского дипломата? Нет?

Константин фыркнул:

– Через семь-то лет? Что за чепуха!

– Но ведь из России он уехал всего лишь три года назад, – заметила Анна.

– После того как я запретил ей ездить в Англию, Александра ни разу не упомянула его имени, – возразил Русинов.

– А разве не тогда она объявила, что никогда не выйдет замуж?

Константин вспыхнул, вспомнив эту баталию, – ссора, которая произошла у него с дочерью, была одной из самых ожесточенных.

– Она просто погорячилась.

Анна вскинула брови:

– Кого ты хочешь обмануть – меня или себя? Или, может быть, ты не заметил, что Алин игнорирует всех кавалеров, с которыми ты пытаешься ее познакомить, и уже три года не ездит никуда, кроме Киева, да и то лишь за покупками, ухитряясь и тут находить всякие отговорки, чтобы не покидать дома и сидеть взаперти.

Услышав собственные подозрения, высказанные Анной, Константин испытал облегчение, и чувство вины, мучившее его всю последнюю неделю, казалось, ослабло. Действительно, бесконечные отговорки Александры всегда звучали вполне обоснованно и искренне, но все же это были не более чем отговорки. И, когда на прошлой неделе она придумала очередную убедительную причину, чтобы не ехать с отцом в Васильков в гости к своей сестре и племянницам, Русинов пришел к тем же выводам, что и Анна, и в гневе оттого, что младшая дочь губит свою молодость из-за этого чертова иностранца, выпил лишнего и решился на то, чего никогда бы не позволил себе на трезвую голову.

По тому, как напряглось его крупное тело, Анна поняла, что барона что-то мучает. Она заглянула ему в лицо, но его синие, словно полуночное небо, глаза избегали ее взгляда.

Ее муж и жена Константина умерли в один год. Все четверо были близкими друзьями, и дружба, связывавшая ее с Константином, не угасла, а восемь лет назад даже превратилась в нечто большее.

Анна нежно любила барона, хотя и отказывалась променять свою вдовью независимость на положение законной супруги. Да и не было необходимости вступать в брак, ведь она и так жила с ним в качестве домоправительницы и даже хозяйки, а также компаньонки и покровительницы его младшей дочери и, когда возникала необходимость, прилежно исполняла эту свою роль – правда, в последнее время это случалось все реже.