Дракон и жемчужина

Это зрелище абсолютного совершенства слепило глаза – больно смотреть, но еще мучительнее отвернуться. Мягкий, чувственный рот и выразительные глаза. Один только вид кремовой кожи ее нежной шейки заставлял его пальцы нестерпимо жаждать прикосновения.

– Когда-то вы услаждали своей красотой посетителей квартала удовольствий Лояна, – заметил он.

– Очень, очень давно, наместник.

– Лоян хранит много секретов.

Улыбка тронула губы Лин Суинь. Она улыбалась, потешаясь над ним. И в то же время для него.

– Вино и музыка – вот и все секреты.

Эти слова сопровождались мелодичным смехом, однако в ее взгляде Ли Тао почувствовал холодный расчет. Притягательная и соблазнительная. Каждый жест бывшей наложницы сулил невысказанные возможности. Каждое ее движение словно убеждало ослабить бдительность, тогда как сама Лин Суинь всегда оставалась начеку. У наместника не хватало терпения играть в эти игры.

– Мне не нужна наложница.

Эти слова прозвучали безучастно, хотя лишь стоило ему только представить эту женщину в своей постели, как все внутренности буквально скрутило в узел.

Он ощутил внезапный приступ мучительной боли.

Лин Суинь плотно сжала губы. Она поставила пиалу, громко звякнувшую во внезапно наступившей тишине о деревянный столик.

– Я ничего не предлагаю.

– Говорят, одного вашего взгляда достаточно, чтобы мужчина оказался у ваших ног, – заметил Ли Тао.

Лин Суинь подперла кулачком подбородок с любопытством, прекрасно отдавая отчет, какое впечатление производит на него.

– Также говорят, будто я соблазнила императора и погубила империю.

– Чушь. – По мере этого обмена репликами его пульс забился быстрее и внутри потеплело. Ему это даже начинало нравиться. – Я прекрасно знаю, что погубило империю, и мне хорошо известно, что силы эти не имеют никакого отношения к любви ослепленного страстью императора к своей прекрасной наложнице.

– Император никогда не любил меня.

Ее резкое отрицание удивило Ли Тао. Опустив глаза, Суинь задумчиво коснулась кончиком пальца пиалы.

Облачко грусти исказило ее прекрасные черты. Однако это лишь усилило ее привлекательность и пропало так быстро, что Ли Тао мог только гадать, был ли этот манерный жест искусной куртизанки предназначен специально для него. Можно довести себя до безумия, пытаясь расшифровать ее тайные знаки, подумал он.

– О вас также рассказывают разные вещи. – Лин Суинь больше не пыталась очаровать его. Ее голос казался острым, как лезвие кинжала. – О всех тех людях, что вы убили.