Серебряный век: Часть первая

Я знал, что Пепел больше всего не любит, когда я задаю чересчур много вопросов, на которые у него нет ответов. Но я почему-то про это совершенно забыл.

– С чего ты так решил? – вырвался у меня, кажется, самый разумный вопрос, собравший в себе все остальные.

– Вчера по новостям говорили, что с восьмисотого этажа была украдена какая-то дорогая вещь, какая точно, сказать не могу. Говорили, что это был какой-то сбежавший преступник из Подземки…

– Но из Поземки же невозможно сбежать, – перебил я его.

– Вот я о том же.

– Ты вообще видел его когда-нибудь?

– Нет, и надеюсь, никогда не увижу…

На этом наш диалог прервал Дик. Высокий мужчина в черном костюме с вечно нахмуренными бровями, ярко-голубыми глазами и блондинистыми волосами. Дик был тем самым барменом в «Лозгуде», а так же нашим преданным другом и поставщиком информации.

– Как ты, Рыжий? – серьезно спросил он.

– Жить буду.

– Чтоб сгинули отсюда через пять минут, оба. Проблем от вас, как от правительства, – Дик никогда не отличался добротой или же заботой. Мы с Пеплом просто твердо знали, что он любил нас, как братьев, и этого нам было вполне достаточно.

Мы вышли на свежий воздух, и меня сразу же перекосило. Я шел зигзагами, подворачивая при каждом удобном случае лодыжки. Пепел шагал рядом и с улыбкой на меня поглядывал. Солнце заставляло его зеленые глаза сиять, как две звездочки на ночном небе.

На улице днем значительно прибавлялось народу. Все куда-то спешили, как заведенные игрушки. Они шли напрямую к многоэтажкам и исчезали в дверях. К слову, вместо дверей в некоторых зданиях (в самых высоких) у нас были порталы, скопление ярких искр, режущих глаза. Я никогда в жизни не заходил в портал, потому что никогда не работал в высших слоях, но каким-то везунчикам это сделать все же удавалось.

– Куда мы идем, Пепел? – спросил я, держась за живот, в надежде на то, что меня все же не стошнит у всех на глазах.

– Зайдешь со мной на почту, я должен отправить письмо своему дяде.

– У тебя есть дядя?

Эта информация меня настолько удивила, что мой живот снова сильно скрутило. Эмоции решили вытиснуть остатки алкоголя, и я исчез за какой-то машиной. Тошнота – явление неприятное, но терпимое.