Тамора – королева гоблинов

Как только Тамора уселась, отец нахмурился и спросил:

– Что у тебя с губой?

– Ушиблась на тренировке.

– Давай приложим лёд.

Тамора покачала головой.

– Если бы я знал, то сделал бы что-нибудь менее острое.

– Не волнуйся.

Отец родился в Южной Корее, его усыновили американцы и вырастили в штате Теннесси, так что по-английски он говорил идеально, за исключением лёгкой протяжности выговора. Только в колледже он начал самостоятельно изучать корейский язык и культуру родной страны. Он представлялся американским именем Скотт, но детям они с мамой дали корейские вторые имена[2 - В западных странах есть традиция давать детям так называемое среднее имя (иногда не одно), которое используется в документах и в официальных случаях.

Так, полное имя королевы Елизаветы II – Елизавета Александра Мария.]: Таморе – Суджин, её брату – Хёнджин.

Насчёт остроты пекинской капусты папа оказался прав. Хотя яйца её немного смягчили, Тамора пыталась не касаться еды нижней губой, однако рану почти сразу начало немилосердно жечь.

Девочка отхлебнула молока и стала сосать нижнюю губу, чтобы молоко потушило пожар.

Мак появился в дверях и насторожённо втянул носом воздух.

– Не беспокойся, – сказал отец. – Ни лука, ни перца, ни мяса, и яйца для тебя я пожарил отдельно.

Мак был самым привередливым в еде человеком в жизни Таморы. Он не выносил, когда продукты смешивают или когда они касаются друг друга, и ему легче было умереть с голоду, чем прикоснуться к некоторой пище. Он сел рядом с Таморой, ссутулился над своей тарелкой и стал есть.

Тамора отложила вилку и самым обыденным тоном поинтересовалась:

– Папа, в последнее время никто не обращался в больницу после встречи с… монстрами?

– Ничего необычного не было. В прошлом месяце одна дама бормотала, будто видела в туалете гремлинов. Её поместили на семьдесят два часа в психиатрическое отделение, чтобы назначить правильное лечение. А почему ты спрашиваешь?

– Просто так, – быстро ответила Тамора. Она не собиралась рисковать, чтобы её тоже госпитализировали или накачали лекарствами.

За отцовскими очками в квадратной чёрной оправе она видела беспокойство. С тех пор как пропал Андре, отец относился к ней как к хрупкой фарфоровой чашке. – Ты вроде бы говорил, что однажды у тебя была пациентка, которая пила серебро?

– Да, коллоидное серебро. Она думала, это спасёт её от рака. А у неё только кожа стала странного серо-голубого цвета.

– А других последствий не было? – спросила Тамора.