Тамора – королева гоблинов

 – Люди используют их, чтобы объяснить поведение детей, которые с рождения отличаются от других.

– А гоблины и феи забирают только младенцев?

– Шотландская баллада «Тэмлейн» – одно из самых известных произведений о похищении взрослого феями. Ей больше четырёхсот лет, и…

– А как насчёт других детей? – перебила его Тамора.

На этот раз Мак колебался дольше. Обычно Тамора терпеливо ждала, пока брат сформулирует свои мысли, но сегодня едва сдерживалась, чтобы не гаркнуть на него. Она знала, что, если подгонять Мака, он только расстроится, а потому стиснула зубы и продолжила гладить Сморчка, хотя у неё на коленях уже расплылось мокрое пятно от его слюны.

– Ты спрашиваешь из-за Андре? – наконец задал вопрос Мак.

– Не знаю. Может быть.

Не бывает ведь таких совпадений, правда? Сначала исчезли три человека, потом появились два гоблина, которые воруют всякие вещи и жалуются, что люди гнусные существа.

Только вот гоблины сбежали от неё, двенадцатилетней девочки. Как же они могли одолеть Андре, не говоря уже о двух других пропавших детях? Кевин Лорд на два года старше Таморы и играет в футбол.

Мак продолжал строить фигуру, но Тамора знала, что он слушает её. Большинству людей другие занятия мешают сосредоточиться на словах собеседника, но Мак умел слышать всё, даже если не мог осмыслить сказанное. Это такая же разница, как съесть ужин по кусочкам и запихать в рот сразу всю пищу.

В следующем месяце Мак должен пойти в девятый класс.

– Как ты думаешь, что случилось с Андре и остальными? – спросила Тамора.

Мак не ответил – либо не имел представления, либо эта тема его слишком расстраивала. Скорее всего, и то и другое.

– Ты не сказал мне, могут ли гоблины есть людей.

– Бывают разные сюжеты, но обычно нет.

Нужно как-то донести эту мысль до гоблинов, которых Тамора встретила сегодня вечером.

– Ужтрак готов! – крикнул из кухни отец, и Мак вознаградил его хихиканьем.

Тамора сняла Сморчка с колен и поморщилась, увидев на брюках мокрое пятно. Мак продолжал своё занятие. Он присоединится к сестре и отцу, как только посчитает возможным остановиться.

Семья обычно ела за столом с каменной столешницей посередине кухни.