Каменка

Потому что, во-первых, ты в Каменке человек новый, незнакомый. Нету к тебе доверия еще. А во-вторых, никого вчера ночью на погосте с лопатой не было. Знаешь, чего?

Володаров вопросительно кивнул.

– А того, что наш Альбертыч сам себя выкопал, – Молчан с довольным лицом выпустил густой клуб табачного дыма.

– Да ну, что вы придумываете?

– А вот и не придумываю. Как есть говорю. Вот ты когда в последний раз землю лопатой копал? А? То-то же! Ты же городской, какой с тебя спрос? Поди посмотри на яму. Нету на ней следов от лопаты.

Края неровные, земля вокруг как попало разбросана.

– Это еще ничего не доказывает.

– Ага. И щепки от гроба тоже ничего не доказывают?

– А что с ними? – Володаров спрашивал искренне, потому что на них-то он как раз и не обратил внимания.

– А то, что ежели лопатой по гробу бить, как в твоей истории, то они где должны быть? Правильно, внутри. А они где? Снаружи.

– Возможно, они остались на теле Балашева и обсыпались, когда его доставали?

В голосе Володарова больше не было прежней уверенности.

Теперь, после того, как Молчан выдал свое описание произошедшего, теория с похищением трупа каким-то непостижимым образом сама стала походить на фантазию, а необъяснимое воскрешение девяностодвухлетнего мертвеца – на обыденность.

– Или Альбертыч просто решил погулять немного, выломал гроб изнутри, выкопал себя и убежал в лес. Вот тебе и босые ноги. Ты же сам видел, следы неглубокие, такие мужик со стариком на спине оставить никак не мог.

– Ну а крест поломанный как в вашу версию событий вписывается? – идеи Володарова почти ничего не объясняли, а лишь вызывали больше вопросов, тогда как Молчановские, казалось, били прямо в точку.

Гена знал, что мертвые из могил не встают и в лес не убегают, а потому отчаянно пытался найти ту одинокую ниточку, потяни за которую и весь этот псевдоправдоподобный бред рассыплется, как карточный домик на ураганном ветру.

– Очень просто, – ответил Молчан. – Нечисть кресты не любит. Да Никон?

Никон, все это время молча наблюдавший за спором со стороны, угрюмо угукнул.

– И что же вы мне теперь предлагаете за престарелым мертвецом по лесу бегать? – Володаров попытался добавить немного фарса, чтобы подчеркнуть абсурдность идеи.

– Ну, это уж тебе виднее, Геннадий Павлович. Ты ж у нас тут теперь участковый. Я-то чего? Обычный ветеринар. А вандализм – дело серьезное. Такими вещами милиция должна заниматься. Жилье я тебе нашел? Нашел. Нос воротит, говорит, чисто слишком.