Ложь, которую мы произносим

А внутри она тот же человек?

Кто-нибудь из нас остался прежним?

Подозреваю, что нет.

Как это возможно после того, что случилось?

Глава 5. Том

С тех пор как Хьюго рассказал мне о том, что Чэпмен пишет мемуары, я нервничал больше обычного. И бесконечно проверял телефон в верхнем ящике стола.

По-прежнему ничего.

Затем, за три минуты до ухода на конференцию по управлению, посмотрел еще раз.

«Плохие новости о Чэпмене. Позвони мне».

Меня так и подмывало пойти с телефоном в мужской туалет, но я не мог позвонить, не будучи уверенным, что никто меня не услышит.

– Том, – окликнул босс. – Мы уже идем в зал заседаний.

Лишь через час и пятьдесят шесть минут, когда встреча закончилась, я смог на законных основаниях забрать свой мобильный и приготовленный перед работой сэндвич с тертым сыром чеддер и тонко нарезанным огурцом. После чего направился в парк.

Хьюго сразу же взял трубку.

– Что случилось? – спросил я.

Его голос звучал тише обычного:

– Чэпмен застрелился.

– Что?

У меня закружилась голова. От ужаса стало дурно. Но жуткая правда заключалась в том, что я испытал постыдное чувство облегчения.

– Неужели он?..

Я не смог закончить фразу. Но Хьюго точно знал, что я имел в виду.

– Говорил о нас перед тем, как сделать это? Не знаю. Я только что услышал новость. Придется подождать, пока вся история не появится в газетах.

В тот же миг я увидел, как вся моя жизнь растворяется.

– Похоже, он сделал это в выходные на ферме, пока жена и дети были в Лондоне, – продолжил Хьюго. Теперь его голос звучал более отстраненно, словно он дистанцировался от своих чувств. – Выстрелил себе в голову.

В моем воображении возник образ бледного долговязого школьника с испуганным выражением лица. Меня вырвало. Проходившая мимо женщина с ребенком бросила на меня полный отвращения взгляд.

– Это наша вина, – пробормотал я, вытирая рот.

– Прекрати, – твердо сказал Хьюго. – Ты не можешь так думать. Его заставили бы замолчать. Может, даже выгнали бы нас всех под каким-нибудь предлогом. В те дни все было иначе. Ты же знаешь.

Он был прав, но мне от этого не полегчало.

– Ты рассказал об этом своей девушке, Саре? – спросил он.

– Большую часть.

– Не все?

– Нет. Она не спрашивала.

Мои лодыжки обнюхивала какая-то собака.