Золотая пыль

Ответ отца был таким:

– Ваш агент не может доказать, что мы находимся в Канаде. Скажите ему, если он сможет это доказать, пусть придет и запретит нам здесь торговать.

На деле, как потом оказалось, мы находились на четыре мили к северу от границы.

А теперь об Энди: чудаковатый, добрый как ребенок, старый Энди, так странно появившийся в нашей жизни, и к которому мы и наши индейские друзья скоро стали относиться как к тому, кого нужно опекать и защищать.

Как-то в конце холодного дождливого апреля Одинокий Бизон пришел к нам с отцом, в комнату, которая служили и кухней, и столовой и спальней, и сказал, насколько я понял:

– Он приближается, уже близко, всадник, пьяный, с двумя вьючными лошадьми.

Мы выбежали наружу под дождь как раз вовремя, чтобы подхватить промокшего, грязного, что-то бормочущего старика, с трудом державшегося в седле, и отец, положив ладонь ему на лоб, сказал нам:

– Мат атваци. Айоктокос. (Не пьян. Болен).

Старик сопротивлялся, когда мы заносили его в дом, раздевали его, снимая промокшую одежду, клали на мою койку, укрывали одеялами и заставляли пить горячее питье.

Он с трудом дышал, его тело было очень горячим, и отец сказал, что это воспаление легких. Его взгляд был диким – казалось, он не видел нас, когда мы проходили мимо него, он все время что-то говорил, но так неразборчиво, что мы его не понимали. Наши индейцы принесли его вещи – постель, мешок с едой, маленькую палатку, ружье, топор, две кирки, две лопаты, два лотка для промывки золота и прочие вещи, сказавшие нам о его профессии. Апаки принесла две седельные сумки, висевшие на луке его седла, и сказала, обращаясь к отцу:

– Они маленькие, но очень тяжелые.

Они были такими тяжелыми, что выскользнули из рук отца, ударились об пол, завязка одной из них порвалась и из нее выпала пара мешочков из оленьей кожи, крепко завязанных, каждый примерно восьми дюймов в длину и три дюйма диаметром. Он поднял из, взвесил на руке и сказал нам:

– Золотой песок. Стоит сотни долларов.

Он положил их на стол, достал еще шесть мешочков из порвавшейся сумки и восемь из другой.

Одинокий Бизон взял один из них, ощупал и произнес:

– Ха! Ерунда. Надо быть безумным, чтобы таскать это с собой.

– Не ерунда, а желтый металл, камешки и песок, который все время ищут белые и выкапывают его из земли. Один такой мешочек стоит как сотня одеял, – ответил отец. И сказал мне: – сын мой, в этих мешочках золота на четыре или пять тысяч долларов.

– А! Теперь я понял.