На тропе войны

Из-за того, что я ослушался отца, он лежит здесь, мертвый.

– Сын мой, это должно было случиться, – ответил старый вождь. – Ты не мог знать, что это произойдет. Мы скорбим вместе с тобой. Твоя потеря – наша потеря. Твой отец был храбрым и добрым человеком.

–Ай! Он был таким, – сказал Черный Вапити, прославленный воин, совершивший много подвигов. – Есть еще два врага, как сказал нам твой товарищ. Ты их видел?

Вместо ответа Питамакан просто провел кистью правой руки по кисти левой – знак, обозначающий, что все кончено.

– С ними покончено! – воскликнул Черный Вапити. – Ты их убил?

– Да, я убил их. Они лежат там в овраге. Это были ассинибойны.

Все кроме Большого Озера и меня, поспешно ушли к оврагу чтобы увидеть все самим.

Теперь приблизились женщины и жены затянули песню скорби:

– Белый Волк! Наш защитник! Он мертв, он ушел! О, о! Ах, ах!

Эти крики разрывали сердце, и когда эти печальные песни достигли ушей Питамакана, он сломался и заплакал так, как могут плакать только сильные люди, когда у них сдадут нервы.

Большое Озеро и я усадили его на лошадь и велели ему возвращаться в лагерь, где и он и я этой ночью оставались в вигваме старого вождя. Женщины привезли на волокуше останки вождя и приготовили его к похоронам.

Следующим утром все вожди, все члены Общества Всех Друзей и многие другие последовали за телом к месту его последнего упокоения. Обернутый в прекрасные одежды и одеяла, он был привязан к платформе из жердей, которую поместили на ветвях огромного хлопкового дерева, рядом были положены его оружие, щит, военные уборы и амулеты.

Как только похороны были закончены, женщины рассеялись по кустарнику, чтобы плакать и совершать траурные обряды. Они обрезали свои волосы, изрезали острыми ножами голени, а мать Питамакана даже отрезала себе первый сустав мизинца в знак свидетельства своего искреннего горя.

Тем вечером в вигваме состоялся семейный совет. Питамакан сказал:

– Моя мать, конечно, останется со мной, так что это – ее вигвам. Вы, мои другие матери, захотите, наверное, вернуться к своим родным, и это ваше право. То, что вы все получили от моего отца в течение жизни – ваше, вы можете все это забрать или оставить. То, что принадлежало ему на момент смерти, должно принадлежать мне, по законам моего племени.