Пожар Сиболы

– Да, можешь. Свяжись, когда причалишь. Есть дело.

– Черт побери, – выругался Холден, отключившись. – У вас когда-нибудь бывало чувство, что вселенная решила вас достать?

– Бывало чувство, что вселенная решила достать тебя, – ухмыльнулся Амос. – Забавное зрелище.

– Опять переименовали. – Алекс увеличил вид на вращающуюся станцию, до недавнего времени звавшуюся кораблем «Бегемот». – «Медина» – подходящее название.

– Кажется, это значит «крепость»? – нахмурилась Наоми. – Не слишком ли воинственно?

– Да нет, – сказал Алекс.

 – Хотя что-то вроде того. Так называлась огороженная стеной часть города. А потом она стала и центром общественной жизни. Узкие улочки, по которым не пробиться захватчикам, не пропускали также и потока транспорта. Пройти можно было только пешком, поэтому там собирались городские торговцы. В итоге получилось место, куда приходят за покупками, пообщаться, попить чайку. Безопасное место для собраний. Хорошее имя для станции.

– Ты много об этом думал? – спросил Холден.

Алекс пожал плечами.

– Интересный вопрос – эволюция корабля и его имен. Первым было «Наву». Город беглецов, так? Большой космический город. Потом «Бегемот» – самый большой и нелепый военный корабль во всей системе. Теперь – станция «Медина». Место собраний. Тот же корабль, три разных имени, три разных судьбы.

– Но корабль все-таки тот же, – кисло повторил Холден, приказывая «Росинанту» выйти на стыковочный курс.

– Имена – это важно, босс, – подумав, заметил Амос. На его крупном лице было странное выражение.

 – Имена все меняют.

* * *

На станции «Медина» шли работы. Большие секции внутреннего вращающегося барабана застилались почвой для дальнейшего производства продуктов, но во многих местах еще проступала металлокерамика. Бо?льшую часть повреждений, полученных бывшим кораблем колонистов в боях, успели зачистить и заделать. Офисы и хранилища в стенках барабана превратились в лаборатории для исследования открывшихся человечеству новых миров. Если Фред Джонсон, бывший полковник земного флота, а ныне глава респектабельного крыла АВП, и видел в «Медине» естественное место дислокации неоперившегося правительства Альянса Внешних Планет, у него, по крайней мере, хватало ума не объявлять об этом во всеуслышание.

Холден так часто становился свидетелем того, как здесь гибнут люди, что для него гигантский корабль навсегда превратился в кладбище. Впрочем, то же самое он мог бы сказать о любом правительственном здании.