Тяжелые годы

– Да, он придет, – повторила она, – и, если я попрошу его, он приведет с собой Туанетту.

Анри радостно рассмеялся.

– Вот уж кого я люблю, так это Тонтэра! – воскликнул он.

– Да, Тонтэр – человек, которого нельзя не любить, – согласилась с ним Катерина.

– Но послушай, Катерина, – сказал Анри, перекидывая тяжелый мешок с одного плеча на другое, – как же насчет Туанетты, если мадам Тонтэр скажет «нет»?

– И все же Тонтэр возьмет ее с собой, – ответила Катерина. – То есть в том случае, разумеется, если я скажу ему, что мне очень хотелось бы этого, – добавила она, лукаво усмехнувшись.

– Ну еще бы! – уверенно воскликнул Анри Бюлэн. – Конечно он возьмет ее с собой, если ты вот так посмотришь на него. Но если он это сделает и мадам Тонтэр будет протестовать, и все же он осмелится это повторить…

– Тогда она, возможно, будет сопровождать его, – сказала Катерина. – Может случиться, что мадам Тонтэр меня еще больше полюбит после этого!

Она умолкла и прикоснулась рукой к рукаву мужа, так как они вышли на открытое пространство, миновав каштановую рощу, и неподалеку от себя увидели Джимса и Потеху, стоявших над убитой птицей.

Горячая волна гордости и радости заполнила сердце Джимса, когда он увидел приближающихся отца и мать. Потеха, точно ощетинившееся сказочное чудовище, радостно помахивала огрызком своего хвоста. Глаза мальчика загорелись огнем, когда он увидел, что мать с глубоким интересом смотрит на его добычу, а отец, сбросив на землю мешок, с нескрываемым изумлением изучает великолепную птицу и стрелу, пронзившую ее насквозь.

Катерина исподтишка наблюдала за мальчиком, между тем как оба дорогих ей существа, побуждаемые охотничьими инстинктами, устремили все свое внимание на убитого индюка. Глаза мадам Бюлэн сияли, и когда Анри, насытившись видом птицы, поднял глаза на жену, он, по-видимому, прочел ее мысли, так как ласково положил руку на плечо Джимса.

«Как похож этот мальчик на свою мать, – невольно подумал он. – Разница лишь в его серых глазах и светлых волосах, которые он не иначе как унаследовал от ее никудышного братца, Эпсибы Адамса, этого вечного бродяги, неукротимого вояки и на редкость славного парня!» Анри Бюлэн был вдвойне счастлив сейчас, видя, с какой гордостью его жена смотрит на их сына.

– Какой меткий выстрел! – воскликнул он, низко наклонясь, чтобы лучше разглядеть и птицу и стрелу.