Игры Немезиды

Голос старика не дрогнул, но в глазах стояли слезы, и руки подрагивали.

– Можно мне сесть? – спросил Амос.

– Устраивайся. Скажи, если захочешь еще чая, – чайник полный.

– Спасибо, сэр. Простите, что на вас набросился. Но я, когда услышал, забеспокоился…

– Я знаю, кем была Лидия до нашей встречи, – сказал Чарльз, присев на кушетку напротив Амоса. – Мы не лгали друг другу. Но здесь нас никто не тревожил. Просто у нее была слабая артерия, и однажды ночью она не выдержала. И больше ничего.

Амос потер себе макушку. Верит ли он этому старику? Получалось, что верит.

– Спасибо. И еще раз простите, что ворвался силой, – сказал он. – Так можно мне взять несколько роз?

– Конечно, – вздохнул Чарльз. – Да это теперь и не мой сад. Бери, что хочешь.

– Вы переезжаете?

– Да, человек, который поддерживал Лидию, после ее смерти перестал. Мы кое-что отложили, но не много. Я очень скоро окажусь на базовом, а это значит, меня ждет муниципальный квартал.

– Кто держал ее на плаву? – спросил Амос, заранее зная ответ.

– Малыш по имени Эрик. У него своя команда в родном городе Лидии. Думаю, что вы знакомы.

– Знал такого, – согласился Амос. – А о вас он знал? Что Лидия вышла замуж?

– Конечно. Он держал с нами связь. Интересовался, как дела.

– И перекрыл вам кран после ее смерти.

Он не спрашивал, и Чарльз не ответил, только сделал еще глоток.

– Так, – сказал Амос, вставая. – У меня еще дела. Не спешите пока с переездом.

– Ты мне ничем не обязан.

– Вроде как обязан.

– За нее, – сказал Чарльз. – За нее.

* * *

Экспресс довез его до Балтимора быстрее, чем он шел до станции. Сам город за два десятилетия совсем не изменился. Те же группки дорогих коммерческих домов среди растянувшихся до окраин блоков для безработных и бедняков. А по окраинам – районы среднего класса. Тот же запах гниющих водорослей с затопленного восточного побережья и рассыпающиеся скорлупки старых зданий торчат над водой скелетом дохлого морского чудища.

Как ни обидно было это признавать, Амос почувствовал, что он дома.

Он взял у вокзала электрокарт-автомат и доехал до района своего детства. С мостовой улицы тоже выглядели более или менее так же, как раньше. Изменились светофоры – стали более квадратными и массивными. Некогда пешеходные улочки теперь оказались открыты для проезда.