Ураган. Книга 2. Бегство из рая

Разве он не хочет, чтобы только муллы занимались образованием? Разве он не заявляет, что одни только муллы понимают закон, изучают закон, обладают знанием закона? Словно им одним доступно все знание!

– Я никогда об этом не думала с такой точки зрения. Я принимала на веру так много, слишком много. Но ты прав, Ибрагим, после твоих слов мне все становится ясно. Ты прав, муллы верят только в то, что есть в Коране. Словно то, что было правильным в дни Пророка, да пребудет с ним мир и покой, должно быть применимо и сегодня! Я отказываюсь быть чьим-то имуществом без права голоса и без права выбирать…

Они открыли для себя столько общего в мыслях: он – современный человек с университетским образованием, она – с желанием быть современной, но не уверенная, как ей этого достичь.

Они делились своими секретами и тайными желаниями, понимая друг друга с полуслова, пользовались одними и теми же нюансами, принадлежали к одному и тому же наследию – он был настолько похож на Карима своей речью и внешностью, что они могли бы быть братьями.

В ту ночь она уснула счастливой, а на следующее утро рано выскользнула из дому, чтобы опять с ним встретиться. Они пили кофе в маленьком кафе, она была в чадре ради безопасности и чтобы ее не узнали, они много смеялись вместе, по каждому поводу и безо всякого повода, иногда были серьезными. Оба чувствовали подспудные течения, говорить о них не было нужды. Потом был второй марш протеста, еще более массовый, чем первый, лучше организованный и встретивший меньше сопротивления.

– Когда тебе нужно возвращаться, Шахразада?

– Я… я сказала маме, что буду поздно, что пойду в гости к подруге на другом конце города.

– Я отвезу тебя туда прямо сейчас, и ты можешь уйти оттуда быстро, а потом, если хочешь, мы могли бы поговорить еще или даже лучше: у меня есть друг, у которого есть квартира и несколько замечательных пластинок…

Это было пять дней назад. Иногда его друг, еще один студенческий лидер Туде, был здесь, иногда здесь бывали другие студенты, молодые мужчины и женщины, не все из них коммунисты – новые идеи, свободный обмен мнениями, кружащие голову мысли о жизни и любви, о том, что значит жить свободно.

Иногда они оставались здесь одни. Божественные дни: демонстрация, беседы, смех, чудесные пластинки и наполненные покоем ночи в доме у базара.

Вчера – победа. Хомейни уступил, публично заявив, что женщин не принуждают носить чадру при условии, что они покрывают волосы и одеваются скромно.