Сильнее денег

При первой же встрече с ним я обязательно упомяну, какая у него образцовая охрана. Он как-то приглашал меня заглянуть, если я окажусь рядом, но коль скоро вы против, то разбирайтесь с ним сами.

Охранник смутился:

– Он в самом деле вас приглашал?

– А почему бы и нет? Они с моим отцом учились вместе в университете.

Агрессивное выражение совсем исчезло с лица охранника.

– Как вы назвали себя?

– Джефф Гордон.

– Подождите минуточку.

Он скрылся в помещении, позвонил куда-то по телефону, потом снова вышел и жестом пригласил меня пройти:

– Обратитесь к мисс Уиссин.

Это уже был шаг вперед.

С пересохшим ртом и отчаянно бьющимся сердцем я миновал аллею и оказался во внушительном вестибюле. В сопровождении мальчика в форме небесно-голубого цвета с пуговицами, сверкающими, как бриллианты, я прошел по коридору, в который с обеих сторон выходили отполированные двери из красного дерева, и остановился перед одной из них, с медной табличкой, гласившей: «Мистер Гарри Найт и мисс Генриетта Уиссин».

Мальчик открыл дверь и жестом предложил мне войти.

Я оказался в большой, с темно-серыми стенами комнате; в мягких креслах сидели какие-то люди – человек пятнадцать. При виде их мне почему-то вспомнилось выражение: стадо заблудших овец.

Впрочем, я не успел как следует рассмотреть присутствующих, потому что обнаружил, что меня внимательно разглядывают чьи-то изумрудно-зеленые глаза, твердые, словно стекло, и такие же равнодушные. Глаза принадлежали рыжеволосой девушке лет двадцати четырех, с бюстом Монро, бедрами Бардо и таким ледяным взглядом, под которым поежился бы даже эскимос.

– Я вас слушаю.

– К мистеру Ширли, пожалуйста.

Девица пригладила волосы и вновь взглянула на меня так, словно я только что сбежал из зверинца.

– Мистер Ширли не принимает посетителей, а мистер Найт сейчас занят. – Ленивым взмахом руки она показала на стадо заблудших. – Если вы сообщите мне вашу фамилию и причины вашего посещения, я, возможно, смогу записать вас на прием в конце недели.

Я понимал, что ложь, на которую клюнул вахтер, на нее не подействует. Эта особа была хитра и обучена никому и ничему не верить. Если мне не удастся обмануть ее, то моя песенка спета.

– В конце недели? – небрежно бросил я. – Слишком поздно. Если Найт не примет меня сейчас же, ему не избежать убытков, а это вряд ли понравится мистеру Ширли.

Слабовато, но ничего сильнее я придумать не мог.